Об "исключительно высокой организации мозга Ленина" сообщалось лично Сталину: мозг Ленина "сравнивался с десятью полушариями "средних людей", а также мозгом Скворцова-Степанова, Маяковского, известного философа Богданова", в мозгу Ленина оказался "более высокий процент борозд лобной доли по сравнению с мозгом Куйбышева, Луначарского, Менжинского, Богданова, Мичурина, Маяковского ..."[11] и т. п.
В общем, результаты работы были заранее предопределены идеологией и потому оказались маловпечатляющими. Однако точку ставить рано. Самое, на наш взгляд, интересное начинается именно там, где кончается цитоархитектоника, то есть собственно медицинская наука, и там, где кончается идеология, с ее стремлением во что бы то ни стало доказать гениальность вождя.
Самое интересное: Что еще делали в Институте мозга
В Институте занимались изучением не только материи мозга, но и особенностями личности его обладателя. В разработанном в 1933 году проекте Положения о Государственном научно-исследовательском Институте мозга утверждалось: "Институт имеет при себе Пантеон мозга выдающихся политических деятелей, деятелей науки, литературы, искусства. В задачу Пантеона входит хранение мозга выдающихся людей, собирание всевозможных материалов, характеризующих личность умершего, составление на основании изученных материалов характерологических статей, очерков, монографий и опубликование их, а также создание выставки, в целях широкой популяризации деятельности умерших. Собираемые Пантеоном материалы, характеризующие деятельность умершего, одновременно служат необходимым пособием для архитектонического изучения мозга выдающихся деятелей"[12].
Чуть позже сбор характерологических данных об экспонатах коллекции стал декларироваться как основной, постоянно практикуемый в Институте принцип подхода к теме. "Располагая уже в настоящее время целым рядом мозгов умерших выдающихся деятелей Союза, а также специально собираемыми Институтом сведениями об особенностях этих деятелей, об их одаренности и т. д., институт также занимается и накоплением материала для последующего разрешения вопроса о том, какие отношения при современном уровне наших знаний могут быть вскрыты между структурой и функцией коры головного мозга и в этом направлении", - говорилось в предисловии к сборнику научных трудов Института[13].
В популярном изложении эта же мысль выглядела понятнее и привлекательнее: "Чрезвычайно бережно и тщательно Институт сравнивает детали и характеры, собирает материал о привычках, об отличительных особенностях каждого"[14]. Вот эти-то сведения, "бережно и тщательно" собиравшиеся сотрудниками Института, представляют безусловный общегуманитарный интерес и научную ценность. Сегодня такого рода источники относятся к так называемой "устной истории". Разумеется, источники в данном случае своеобразные, однако характерные для своей эпохи. О них и пойдет речь.
Личность умершего гения изучалась в соответствии со "Схемой исследования". "Схема..." представляла собой что-то вроде методического пособия, очерчивающего обширный круг тем и вопросов, на которые должен был обратить внимание сотрудник. Составление "Схемы исследования" считалось делом важным и ответственным. "К детальной проработке опросника" приступили только в 1932 году и, с помощью "специалистов-консультантов"[15] планировали его закончить не ранее чем через год. В пятилетнем плане Института на 1933-1937 гг. сообщается, что "в 1933 году должна быть разработана путем привлечения специалистов-психологов и психоневрологов форма характерологической анкеты, которая должна лечь в основу собирания и изучения материала с последующим литературным оформлением в форме издания ежегодно характериологических очерков, посвященных жизни и деятельности выдающихся людей"[16]. Есть основания полагать, что в числе "специалистов-консультантов", занимавшихся выработкой "Схемы исследования", был и психолог Л. С. Выготский[17].
Первое, что интересовало авторов "Схемы...", это "история развития данной личности": детство, школьный период, начало самостоятельной деятельности, периоды творчества, вторая половина жизни, последние годы, смерть... То есть составлялась подробная биография.
Далее выяснялись факторы наследственности: собирались сведения о родственниках по восходящей и нисходящей линии; в качестве приложения строилась графическая схема, наподобие генеалогического древа; делались выводы.
Читать дальше