Семен Луцкий - Сочинения

Упоминание об «Exodus’е» скрепляет этот очерк со следующим, непосредственно ему посвященным.

Латрун — местность на перекрестке дорог: Иерусалим-Тель-Авив, Рамалла-Газа. Название происходит от крепости крестоносцев La trone de chevalier (престол рыцаря). Начиная с библейских времен, в этом месте происходили сражения. В 1890 г. здесь был построен монастырь монахов-молчальников ордена траппистов. После того как 14 мая 1948 г. англичане, покидая Палестину, передали монастырь Арабскому легиону Иордании, дорога к Иерусалиму оказалась перерезанной: арабские стрелки захватили все господствующие над этой местностью высоты. Попытки израильтян прорваться сквозь хорошо укрепленные позиции арабов ни к чему не привели. Тогда к Иерусалиму была проложена обходная дорога, которую назвали Бирманской.

Стих из Песни Песней: «О, ты прекрасна, возлюбленная моя, ты прекрасна!» (1:14).

Exodus 1947. Из воспоминаний.

Печатается по: Новый Журнал, № 122, 1976, стр. 183–192.

Отношение Луцкого к сионизму, взгляд на еврейский вопрос, неприятие английской политики на Ближнем Востоке были изложены им в письме его близкому другу, масону и англофилу А.И. Лозняку, написанном менее чем за год до событий, о которых повествуется в очерке (хранится в АБЛ). В нем он, в частности, писал: «Объяснений их <���англичан> политике можно найти сколько угодно, морального оправдания ни одного. Когда политически нужна была помощь евреев, была объявлена декларация Бальфура. Но после нее в Аравии очень сильно запахло керосином, о декларации пришлось забыть, и английское слово было нарушено. А меж тем в мире создалось такое положение, что вопрос о «домашнем очаге» для евреев, перестал быть теоретическим или мистическим, а стал практическим и трагически насущным. Я не сионист, никогда им не был и не буду, я вообще не хочу быть никаким «истом», а только свободным человеком, могущим иметь свои симпатии, убеждения, но старающимся всегда честно и без стыда их переоценивать, ибо все движется, и сегодняшняя правда может завтра оказаться ложью. Поэтому для меня не упрек, когда мне говорят, что я «переменился». Но я даже не переменился. Политический еврейский национализм, переходящий часто в шовинизм, мне абсолютно чужд. Но духовный еврейский национализм мне очень близок. У евреев есть миссия, и они ее должны выполнить и в «рассеянии», и в домашнем очаге, если смогут его устроить. Всякая миссия связана с жертвой и со страданием, значит судьба евр<���ейского> народа — страдать до поры до времени. У меня, если тебе интересно знать, есть и мистическая точка зрения, которую я никому, конечно, не навязываю. Евреи были изгнаны из Палестины за то, что оказались нечистыми, недостойными миссии, возложенной на них. В рассеянии и в страдании они должны очиститься и только тогда станут достойными вернуться в Сион. Но легко так говорить, не принимая во внимание того, что и человеч<���еским> страданием есть предел.

Ни я, ни тысячи других евреев этого предела еще не достигли, и мы можем с большим или меньшим комфортом плавать по океану антисемитизма, обособляться, как-то устраивать нашу жизнь и философствовать о миссиях и жертвах. Но есть люди (и их десятки тысяч), которые миссию свою полностью исчерпали, они плывут на кораблях, в которых пробоины, они тонут, и спасать их надо немедленно, без разговоров, как спасают тонущих, не задумываясь над тем, каковы их полит<���ические> или религ<���иозные> убеждения. Спасение их долг каждого честного человека, даже не масона или не травайиста. Так как же не кипеть и не возмущаться, когда вместо спасения и допуска в единств<���енную> страну, куда они хотят ехать и куда могут ехать, ибо во всех других их ждет уничтожение или унижение, когда вместо этого их сажают на Кипр за проволочные ограждения, сооруженные руками немецких пленных. Воистину, Гитлер на том свете должен рычать от радости. Он сжег и убил 6 мил<���лионов> евреев, но он сделал еще больше этого, он отравил мир! Победитель — он — временно, надеюсь, но пока только он… Что должны чувствовать несч<���астные> евреи, которые после нем<���ецких> лагерей, возвращения в «родную» Польшу и бегства из нее попадают в англ<���ийский> лагерь! И как должна ликовать немецкая сволочь, видя, что англ<���ичане> по слепоте своей продолжают в какой-то степени дело Фюрера. И какой «heil Hitler» в душе у немецких пленных, сооружающих на англ<���ийской> земле лагеря для евр<���еев>, уцелевших из лагерей германских!» См. также письмо луцкого Т.А. Осоргиной от 17 ноября 1948 г.