Сергей Кречетов - Четыре туберозы

Лишь только дрожащие тени
Проснутся над зыбью пруда,
Я, полон живых сновидений,
К кладбищу ступаю — всегда.

Мне кажется, словно с тенями
Тогда я как брат говорю
И шорох растёт меж кустами
И речь повторяет мою.

На ветвях громадные птицы
Застыли, как тени теней;
И дремлют устало гробницы
Под чёрною тенью ветвей.

И я, проходя меж гробами,
Ужасен для птиц, как судьба,
Угрюмо взмахнувши крылами,
Они улетают — всегда.

Тогда я сижу на гробнице,
Весь полон Тобою одной
И звуки пишу на странице,
Исчерченной светлой луной.

Я камень холодный ласкаю
И плачу, как плакал тогда,
И грёзы Твои повторяю —
И вновь оживают года.

И плещут живительно струи
Моей ослабевшей мечты.
И слышатся вновь поцелуи,
И снова чернеют кресты.

У ночи безмолвно угрюмой
Мы счастье своё сберегли
И нашей мистической думой
Разбили преграды земли…

А ночь, как блудница, рыдает,
Отбросив покровы свои,
И солнце на небо всплывает,
И меркнут в молчанье шаги.

И, тихо качая крылами,
Вновь птицы к Тебе прилетят,
И вновь над немыми гробами
Нам общую тайну хранят.

Много, много грёз случайных,
Много песен о любви,
Много дум глубоко тайных,
Друг мой юный, не зови.

Что в аккорде мирозданья
Скрыто светлой пеленой,
Непонятно для сознанья,
Не ищи душой больной.

Там, где вечность идеала
В бесконечности царит,
Где Господь родит начало —
Нам лишь отблески дарит,

Там не многие витали,
Чтобы истину открыть,
Чтобы выстрадать печали,
Чтобы вновь «Созданьем» быть.

И когда к земле печальной
Вновь спускалися они,
Перед истиной банальной
Загоралися огни.

Но святых огней не зная,
Люди, шли вы мимо них,
Всё ища и познавая
Истин пламенней других… —

Помню сон довольно странный!
Был как будто я другим
Над долиною пространной
Пролетал, тоской томим.

Вкруг меня плыло молчанье,
Будто сон былых веков,
Будто прошлое сознанье,
Будто сон минувших снов.

И со мною вечный демон
Разделял мой странный путь.
Помню, был доволен всем он,
Он шептал: «Скорей забудь

Жизнь печальных сновидений,
Грёзы бледные людей.
Пред вратами вечной тени
Позабудь любовь скорей!

Перед вечным сном могильным
Потухает и любовь,
Я один явлюсь всесильным
И спасу сознанье вновь!»

Прошептал и вновь крылами
Он беззвучными махал.
Мы неслись над облаками —
Я с тоскою повторял:

«Не могу забыть Агаты
Слишком я её люблю!
Как цветы, мечтанья смяты!
Дышит жизнь на смерть мою!»

И беззвучными устами
Демон тихо хохотал,
А туманный путь пред нами
Бледным светом просиял.

Мы увидели виденье,
Грезу девственной мечты,
Бога лучшее творенье,
Духа чистой красоты.

Он глядел на нас с тоскою,
Непонятной для людей,
И с улыбкой неземною
В свете траурных очей.

И ни слова не сказали
Духа бледные уста —
Словно Демона прощали
У подножия Креста!

Только видел я, с мольбою
Демон руки простирал
И с надеждою земною,
Слабый, к ангелу взирал.

И, склонясь в своей гордыне,
Он, как мальчик, зарыдал,
И, стремясь к былой пустыне,
Побеждённый, улетал… —

Помню день сырой и вялый,
Как мечта любви моей, —
Над землёю обветшалой
Полз уныло средь теней.

В нём мы видим — слишком рано
Ослабевшие мечты,
В нём всегда среди тумана
Вижу бледные черты.

Вижу даже слишком ясно
Я её, любовь мою,
И с надеждою напрасной
Я её прийти молю.

И с унылою улыбкой
Я иду и всё иду
По земле холодной, зыбкой
К омертвелому пруду.

Там стою всегда часами,
Слышу шум холодных волн,
Что сокрыты под снегами, —
Там я дум минувших полн.

Как-то раз, совсем печальный,
(Но когда — я то забыл)
Я стоял во мгле кристальной
И молитвы всё твердил.

Я молился слишком много,
Слишком я душой страдал,
Даже требовал у Бога,
Даже Бога проклинал.