О красота Иисусова,
Для слуха ты – как пение,
Для уст – как мед чудеснейший,
Для сердца – нектар ангельский.
Тот, кто лишь раз вкусил тебя,
И жаждет он, и алчет вновь,
Ему теперь желанен лишь Ты,
Иисус возлюбленный.
О Иисус сладчайший мой,
Души надежда плачущей,
К тебе – и слезы чистые,
И вопль из глубины ума.
Будь с нами вечно, Господи,
И светом просвещая всех,
Рассей туман в умах у нас,
Мир наполняя сладостью.
Мария Дева, как цветок
Дала благоуханнейший,
Тебя нам, Иисус, хвала,
И честь Тебе, и царствие.
Один из мистиков более позднего времени учит своего читателя «чувствовать и, как обонянием, так и вкусом, наслаждаться бесконечной приятностью и сладостностью божественного». Вот, пожалуй, последняя составляющая того мироощущения, которое воплотилось в средневековых латинских гимнах.
Перевод текста Семи Псалмов сделан с латинского текста Вульгаты, то есть с перевода, осуществленного в 390–404 годах блаженным Иеронимом. До него Библию переводили на латинский язык только с греческого, к тому же «слово за слово», на язык, далекий от литературного, весьма корявый и мало похожий на латынь Цицерона или Вергилия. В сущности, это были не переводы, а подстрочники. Иероним осуществил свой перевод на основе сопоставления двух текстов: древнееврейского и греческого «Септуагинты». Следуя по стопам своих предшественников, он остался верен принципу буквализма (позднее, в IX веке по этому пути пойдут и переводчики Библии на славянский язык Кирилл и Мефодий), но при этом сумел передать не только каждое слово оригинала, но и его красоту, красоту языка древнееврейской поэзии. Он писал: «Что сладкозвучнее Псалмов? Они, подобно нашему Флакку и греку Пиндару, то текут ямбом, то вещают алкеевым стихом, то величаво льются стихом сапфическим, то горделиво выступают полустопным. Что прекраснее Второзакония и песней Исайи? Что величественнее Соломона, что совершеннее Иова? Всё это в еврейском оригинале плавно льется гексаметром и пентаметром».
Взяв за основу текст латинского перевода Библии, мы стремились не только повторить его ритмический рисунок, но в целом смотреть на псалмы теми глазами, которыми видел их Иероним и его читатели, и таким образом представить именно тот чин Семи Покаянных Псалмов, что столетиями читался на латинском Западе.
Хотя текст Иеронима, как правило, точно повторяет греческий, в отличие от значительно менее выразительного текста Септуагинты, он удивительно красив и полон настоящей поэзией. Всякий внимательный читатель заметит здесь великолепные аллитерации: так, например, начало 50-го псалма (мы постарались передать это в переводе) полностью построено на многократном повторении звука «м». Подбор слов заставляет вспоминать то Вергилия, то Горация, то Ювенала. Свободный ритм, он сродни современному верлибру: музыкален и будто создан для чтения нараспев в средневековом храме. И в самом деле, латынь Иеронима еще античная, еще почти классическая, но в ней уже слышатся звуки средневековых гимнов.
Необходимо упомянуть, что в ряде мест текст Вульгаты не совпадает с еврейским, так называемым масоретским, с которого сделан русский, синодальный перевод; в этих случаях мы строго следовали Вульгате. С точки зрения современной библеистики, это, может быть, не вполне корректно, так как в ряде случаев расхождения между масоретским текстом, с одной стороны, и Септуагинтой и Вульгатой – с другой, объясняются тем, что авторы греческого перевода, а вслед за ними Иероним, неправильно понимали некоторые места еврейского текста. Так, например, стих 6-й 129-го псалма в Септуагинте переведен: «От стражи утренней вплоть до ночи, от стражи утренней да ожидает Израиль Господа», тогда как в еврейском тексте он выглядит следующим образом: «Больше чем стражи ждут утра, да ожидает Израиль Господа, больше чем стражи утра». Речь идет о стражах, которые по ночам обходят город, мерзнут от холода, страдают от невозможности заснуть и поэтому с нетерпением ждут зари, когда их бодрствование закончится. Подобных расхождений не так мало, именно поэтому в XX веке, при папе Пие XII был осуществлен новый перевод псалмов на латинский язык с еврейского; авторы этого перевода бережно сохранили всё лучшее из версии Иеронима, но максимально приблизили текст к оригиналу. Именно этот перевод печатается в новых изданиях Бревиария. Мы, однако, сочли необходимым следовать Вульгате, так как стремились представить читателю Семь Псалмов именно в том виде, в каком они читались в средние века и звучали в готических храмах, в том виде, в каком они были известны авторам переведенных нами гимнов.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу