Л Викторова - Монголы

В 924 г., после похода на Орхон, Елюй Амбагянь разделил все завоеванные земли цзубу на три киданьских наместничества, и кидани разместили там свои гарнизоны. В каждое наместничество были назначены правители из племенных вождей или старейшин из местного населения. Кроме них были назначены представители центрального правительства из правящих киданьских фамилий Елюй и Сяо с контингентами войск, набранных из киданей и подчиненных им народов (бохайцев, хисцев, татар и др.). При ставках киданьских наместников были построены укрепленные города, остатки которых обнаружены X. Пэрлээ на территории МНР [Пэрлээ, 1959]. Некоторые из этих городов были построены заново, а для некоторых были использованы более ранние города уйгуров; например, ставка супруги уйгурского хана (Хатун) стала киданьским городом (Хэдун).

В X в. этническая карта Центральной Азии выглядела примерно так. Кидани были компактно расселены на территории современного Дунбэя и частично Автономного района Внутренняя Монголия. Их ядро составляли племена наран (солнечное), морин (конь), дахэ (дагур) '[Пэрлээ, 1959], ила и др.; юго-западнее киданей жили хи (татаби), родственные киданям, состоявшие из пяти или шести племен, в числе которых было племя негусы (монг. нэкуз), а на территории пров. Хэбэй еще сохранились потомки муюнов. Возле отрогов Иньшаня кочевал переселившийся с севера аймак татаней, в Восточной Монголии— олхонуты. Отдельные группы южных шивэйцев есон-та-тар (девять татар), присоединенных к киданям в конце IX — начале X в., жили среди киданей, но их основная масса кочевала возле оз. Буир-Нор. Между р. Оршунь и оз. Хулун обитало татарское племя тэрат, а в районе между р. Оршунь и Хал-хин-Голом кочевали унгираты. Оба эти народа были включены в число собственно киданьских (внутренних, по терминологии «Ляоши»), т. е. причислены к киданям, что давало им преимущества по сравнению с племенами, не . входившими в состав киданей. Небольшие группы тюрок жили в пров. Гирин. По соседству с киданями, на востоке, в Маньчжурии и Приморье, была территория бохайцев, покоренных киданями в 925—926 гг. (некоторую часть бохайцев кидани переселили в бассейн р. Орхон, в свои гарнизоны). На р. Селенге кочевали меркиты, в восточной части хребта Танну-ола были земли, занимаемые дархата-ми. «Ляоши» упоминает также дэрбэнов, урянхайцев, найманов. В районе Великой китайской стены, восточнее излучины Хуанхэ, жили тюрки-шато 16(или онгуты, по данным Пэльо [Pelliot, 1929, с. 125 и далее]), переселившиеся из района оз. Баркуль, а тюркоязычные усуни — на р. Или. Вассальное государство Си Ся, основу которого составляли дансяны, было расположено на северных землях провинций Шаньси, Шэньси, части Ордоса, в Ганьсу и Суйюани. В Алашани, Цайдаме и Ганьсу жили родственные киданям тогоны (а-ша), которые подчинялись государству Си Ся .[Кычанов, 1968; Wittfogel and Feng Hsia-sheng, 1949, с. 90, 92, 100, 102, 105—106, 107].

Монголы, граничившие с киданями по р. Керулен, жили с ними в мире, но не были подданными киданьских императоров [Таскин, 1979, с. 305]. Однако городища, сходные с киданьски-ми по планировке и керамическому материалу, имеются и севернее Керулена. Поэтому особый интерес приобретает вопрос о связях между монголами, киданями и другими народами, входившими в сферу киданьского влияния, населявшими центральноазиатские владения киданей. Северная группа монгольских племен была в VI—IX вв. тесно связана не только с тюркскими, но и тунгусскими соседями, издавна обитавшими в таежной зоне, на северных и восточных границах расселения предков монголов 17.

В X —начале XI в. монголы и их вожди поддерживали старые традиционные связи со своими ближайшими соседями. Они брали жен из забайкальских племен, постепенно сближались с соседними урянхайцами и баргутами, т. е. с родственными тунгусам горно-таежными охотниками. С тюрками были более тесно связаны дэрбэны и чиносы. Они обособились в начале X в., после смерти их сородича Добун-Мэргэна, женатого на Алун-Гоа, женщине баргу-бурятского рода хорилар.

Новая линия родственных и политических связей монголов начинается в X в., когда Алун-Гоа и ее потомки стали ориентироваться на племена, жившие вниз по Онону (принадлежавшие ранее к родственной группе шивэйцев, упоминаемых в «Истории династии Тан»), За 100—150 лет потомкам Алун-Гоа удалось сколотить достаточно прочное ядро племен, породнившихся с мангутами, баргутами, олхонутами, унгиратами. Основой внутренней политики вождей, правивших монголами, было создание стабильных и крепких внутриплеменных связей, о чем говорится в поучении Алун-Гоа своим сыновьям. С этой целью заключается ряд брачных союзов с влиятельными родами. Таким союзам придается важное значение, так как каждый из них, являющийся «союзом мира и родства», находит отражение в монгольской генеалогической таблице. Но пока, до второй половины XI в., значение монголов и их правящего рода не выходит за границы занимаемых этими племенами земель: все события, описываемые «Сокровенным сказанием», касаются лишь вопросов внутренней консолидации. Та же тенденция в описании событий свойственна и Рашид ад-дину, официальному историку монгольских ильханов.