Л Викторова - Монголы

земель в 'киданьское государство. Империя киданей (Ляо), занявшая территорию от Алтая до Тихого океана, становится крупнейшей державой Центральной Азии. Присоединенные к ней при Дэгуане (втором императоре Ляо) 16 округов Северного Китая были в прошлом землями с сяньбийским и смешанным, сяньбийско-хуннско-тюркским населением, подвергшимся значительной китайской ассимиляции. Эти округа составляли всего около Vis части территории империи Ляо. Остальная территория Ляо была населена потомками ухуаньцев, сяньбийцев, тюрок, уйгуров и согдийцев.

С первой четверти X в. в Ляо снова ведущую роль стали играть не тюркские, как это было в VI—IX вв., а монголоязычные народы. Естественно, что эта новая общеполитическая ситуация должна была повлиять и повлияла на ход этнических процессов как в самой империи, так и на соседних территориях, особенно же на северо-востоке, где севернее р. Керулен обитали собственно монгольские племена, по языку и этнокультурным особенностям родственные киданям. Известно, что граница владений монголов и киданей проходила по Керулену (Лу-цзюйхэ).

Собирательным названием для племен, живших к северо-западу от киданей, было цзубу. В ряде работ (Л. Н. Гумилев, X. Пэрлээ, Н. Ишжамц) принята гипотеза Ван Говэя, который полагал, что цзубу в «Ляоши» служит для замещения названия «татары», так как термин дада («татары») в «Ляоши» не встречается. Из этого делался вывод, что термином цзубу обозначали монголов. Л. Н. Гумилев также принимает рабочую гипотезу Г. Е. Грумм-Гржимайло, согласно которой после разгрома Уйгурского ханства оставшиеся пустыми земли заселились татарами, пришедшими с востока; их-то и называют цзубу в «Ляоши». Так как китайские авторы из государства Сун называли монголов татарами (дада), то, следовательно, цзубу были монголами.

Гипотезы Грумм-Гржимайло и Ван Говэя были созданы почти 50 лет назад и не могли учесть новых данных, накопившихся с тех пор. Эти данные позволяют внести существенные коррективы в несколько умозрительные построения упомянутых авторов. Основное возражение состоит в том, что название «татары» сунских авторов было не этническим, а собирательным, так же как и «ху» в более раннюю эпоху: татарами называли все некитайское население центральноазиатских степей, независимо от этнической принадлежности. Деление дада на «белых», «черных» и «диких» покоилось на хозяйственно-культурном, а не на этническом критерии: «белые» имели навыки земледелия и испытали влияние китайской культуры, заимствовав некоторые ее элементы, «черные» были скотоводами-кочевниками, а «дикие» — охотниками.

R «Ляоши» название «дада» не встречается, так как их про-11* 163

должают называть шивэй — собирательным именем для северных племен, родственных киданям [Викторова, 1958]. В том же случае, когда речь шла о каком-либо отдельном из этих племен, его упоминали под определенным этнонимом. Многие из этих этнонимов есть у Рашид ад-дина и в «Сокровенном сказании». Так, племена цаган и тэрат, входившие в конфедерацию татарских племен, обитавших в районе Буир-Нора, упоминаются в одинаковом смысле во всех трех источниках. Эти племена были составной частью киданьской народности (по данным «Ляоши», они причислены к «внутренним» киданьским племенам). Цзубу же никогда в это число не включались (см. схему 1).

Впервые название «цзубу» встречается в «Ляоши» при описании походов киданей на запад в начале X в. (916 г.) и с этого времени упоминается довольно часто. Они были покорены частично во времена похода на данеянов (тангутов), туюйхуней (тогонов, аша) 14. Следовательно, в начале и первой четверти X в. цзуру локализуются по соседству с Ордосом и Ганьсу. Китайский исследователь Ли Фанцзюнь сопоставил данные китайских и тибетских источников; он выяснил, что этноним «цзубу», встречающийся в «Ляоши», является транскрипцией тибетского названия ираноязычных согдийцев, которых тибетцы в своих хрониках называли тогда сог-по (народ Согда) [Li Fan-kiin, 1957]. Юго-западную группу цзубу, соседей данеянов и тогонов, можно считать потомками согдийских колонистов, которые в тюркское и уйгурское время составляли значительный процент населения оседлых поселений и городов Центральной Азии {Кызласов, 1976; Лившиц, 1973, с. 243]. Очевидно, по этим-то колонистам, которым не было смысла переселяться в новые места вслед за тюркоязычными родичами правящей элиты уйгуров, и было названо жившее в окрестных степях разноплеменное, в основном тюркоязычное, население 15.