Сергей Дашков - Юстиниан

Однако часто Велисарий бывал легковерен, чем пользовалась Антонина, обманывавшая мужа буквально у него на глазах. Во всяком случае, именно таким глупым рогоносцем изображает его в «Тайной истории» Прокопий. Вовсе не чужд был Велисарий и стяжательства: говорили, что после италийского похода он присвоил себе значительную часть военной добычи.

Прокопий в «Тайной истории» открыто обвинял Велисария в том, что тот упустил случай взять Ктесифон и освободить пленных антиохийцев, переселенных в Иран Хосровом, — и все лишь потому, что вернулся с полпути, захотев поймать Антонину с любовником.

Благодаря роли Антонины в деле свержения Иоанна Каппадокийца (именно она спровоцировала префекта на опасные речи) Велисарий после 541 года получил дворец опального вельможи, что отнюдь не характеризует его с лучшей стороны, — вряд ли полководцу было негде жить.

В конце своей последней италийской кампании Велисарий отправил в Константинополь Антонину (а она нередко сопровождала мужа в походах). Возможно, при ее посредстве он надеялся получить то, в чем ему упорно отказывал император, — солдат и денег. Но Антонина прибыла в Константинополь, когда Феодоры, ее покровительницы, уже не было в живых, и эта миссия не удалась.

В конце 549 года Велисарий получил отставку и долго жил в столице бездействуя. Закат его карьеры оказался неважным из-за бесславного возвращения: «…за пять лет он нигде не стоял твердой ногой на земле Италии и нигде не прошел по ней сухим путем, но все это время скрывался в бегстве, постоянно переплывая от одного приморского укрепления к другому вдоль берега. И поэтому враги могли более безбоязненно поработить Рим и, можно сказать, все другие города» [484] Прокопий . Война с готами. III. 35; Т.1. С. 311. .

Лишь в 559 году, когда орда славян и гуннов-кутригуров подошла к Городу и угроза взятия ими Константинополя оказалась вполне реальной, Юстиниан поручил Велисарию оборону. Забытый полководец полностью оправдал доверие императора, отразив набег, но Юстиниан не выразил ему никакой особой благодарности.

После «заговора менял» Юстиниан подверг Велисария более серьезному, нежели ранее, наказанию: в 562 году почти все его огромное состояние было конфисковано, а сам он выслан из столицы. Летом 564 года август «простил» Велисария, но вернул ему лишь половину отнятых богатств. Эта последняя опала через много веков трансформировалась в популярную историю о том, как полководец был по приказу императора ослеплен и остаток жизни провел, выпрашивая подаяние.

Оставшийся не у дел Велисарий скончался в марте 565 года. Для потомков он стал символом верного слуги, пострадавшего от властелина. Почти через полторы тысячи лет поэт Иосиф Бродский сказал про маршала Жукова:

Шарль Диль со свойственной ему иронией заметил: «…несмотря на бесспорные военные таланты, Велисарий все-таки был скорее счастливым, чем великим полководцем. Я вовсе не порицаю его за то, что ему случалось проигрывать сражения; скорее он достоин порицания за то, что часто подвергался риску быть разбитым. Но вместе с тем он оставался лучшим из полководцев своего времени, и империя всегда нуждалась в его услугах… Как бы то ни было, но личность Велисария остается наиболее популярной из числа живших в царствование Юстиниана» [485] Диль , 2010. С. 195. .

Еще одним варваром, сделавшим блестящую карьеру, был Мунд: по одним данным, гепид королевского рода, по другим — какой-то родственник Аттилы. То ли вследствие междоусобицы, то ли по иным причинам бежав от гепидов, он сначала отвоевал себе владение на севере Иллирика, создав фактически бандитский анклав, а затем попросил покровительства у Теодориха Великого и успешно воевал с ромеями. После смерти короля Мунд, поразмыслив, перешел на сторону империи и был назначен военным магистром Иллирика, который лично исходил вдоль и поперек в своих прежних кампаниях. Вчерашним своим врагам он служил с неменьшим рвением, нежели ранее готам. «Мунд был родом варвар, но исключительно предан интересам императора и очень сведущ в военном деле», — хвалит его Прокопий [486] Прокопий . Война с готами. I. 5; Т. 1. С. 33. .

В 531 году он получил должность военного магистра Востока, хотя, по всей видимости, в восточных кампаниях реального участия не принял, так как быстро был вновь переназначен на пост военного магистра Иллирика.