Е. Готтендорф - Герман Геринг

В конце 1942 г. Геринг сказал Шпееру, тоже прибывшему в «Вольфшанце»: «Если после этой войны Германия сохранит границы 1933 г., то можно будет сказать, что нам крупно повезло!» Шпеер отметил в дневнике: «Мне стало ясно, что Геринг, несмотря на свою постоянную громогласную поддержку заявлений фюрера, на самом деле уже не сомневается в нашем поражении и боится его!»

14 января 1943 г. Гитлер дал личное поручение Мильху обеспечить снабжение 6-й армии, и тот, собрав самолеты отовсюду, где только мог, действительно увеличил количество рейсов, но это уже не могло изменить положение: 2 февраля остатки окруженной германской группировки сдались русским. Люфтваффе потеряли в сталинградской операции 488 самолетов и 800 летчиков. Это были последние опытные кадры германской авиации: для пополнения экипажей транспортных самолетов пришлось посылать инструкторов авиашкол и курсантов, прошедших ускоренную программу обучения. Спустя несколько недель Гитлер на очередном совещании стал упрекать Геринга за то, что люфтваффе проигрывают воздушную войну в Англии. «Куда подевались ваши самолеты?» — гневно вопрошал фюрер, и рейхсмаршал, собрав остатки мужества, ответил: «Они остались там, в России, гниют в полях под Сталинградом!»

30 января 1943 г. Геринг выступал в Доме авиации, и его речь передавалась по радио. Это было надгробное слово в память погибших в Сталинграде, хотя многие солдаты 6-й армии были еще живы и слушали выступление рейхсмаршала, затаившись в разрушенных окопах среди развалин города, который им так и не удалось захватить. Они проделали длинный путь к берегам Волги по приказу фюрера, пославшего их на завоевание «жизненного пространства», и вот теперь, в благодарность за труды, им довелось выслушать надгробную речь, посвященную им самим.

«Пройдут века, — возглашал рейхсмаршал с былым металлом в голосе, — и люди будут вспоминать Сталинград и павших героев, исполнявших свой долг перед отечеством до конца!» Но счет шел уже не на века: минуло всего десять лет с того дня, как фюрер назначил Геринга министром своего правительства, а конец нацистского рейха уже обозначился со всей ясностью. Спустя несколько дней Черчилль и Рузвельт на встрече в Касабланке заявили, что единственным условием заключения мира с Германией будет полная и безоговорочная капитуляция германских войск.

Гитлеру не понравилась речь Геринга (а может быть, он боялся, что теперь такие речи будут звучать слишком часто). В мае 1943 г. он распорядился, чтобы все выступления его министров, передаваемые в эфир, давались предварительно ему на утверждение, и с тех пор немцы уже ни разу не услышали по радио голоса «толстого Германа», к которому они относились не без симпатии. Многие восприняли это как еще один признак того, что наступают тяжелые времена.

27 января 1943 г. американская бомбардировочная авиация, базировавшаяся на Британских островах, начала совершать регулярные рейды на территорию Германии, выполнив первый налет на город Виль-гельмсгафен и открыв тем самым новый период войны в воздухе. Гитлер упрекал Геринга за то, что его истребители ничего не могут поделать с новым противником. Геринг почтительно напоминал фюреру о том, что он советовал ему не начинать эту войну и предупреждал в свое время о невозможности справиться с авиацией западных держав. Он и в самом деле предвидел многие из тех трудностей, перед лицом которых оказался теперь Третий рейх, но кому был толк от его предвидения? И кто мог сказать ему за это спасибо?

18 февраля во Дворце спорта в Берлине состоялся массовый митинг, организованный Геббельсом. Министр пропаганды решил «встряхнуть народ» после сталинградского поражения и выступил с речью, в которой объявил о начале «тотальной войны» против всех врагов Германии. Правильно подобранная публика послушно аплодировала в нужных местах, а после митинга и концерта Геббельс пригласил к себе Шпеера и Мильха, чтобы посоветоваться с ними насчет того, что же все-таки следует предпринять. Все трое были недовольны тем, что Борман и Ламмерс (заведующий рейхсканцелярией) подчинили фюрера своему влиянию и фактически узурпировали власть в стране. Шпеер подал дельное предложение: нужно возобновить работу Совета обороны, председателем которого был Геринг. Этот орган имел по конституции право разрабатывать и издавать декреты даже без участия фюрера; в последнее время он перестал собираться из-за безразличного отношения Геринга, забросившего все дела.