Станислав Лем - Диалоги

ГИЛАС. А как можно проанализировать демократию с помощью кибернетики?

ФИЛОНУС. Демократия характеризуется существованием такого рода обратных связей, когда в них включается каждый гражданин, благодаря чему он может соизмеримым образом влиять на судьбы общества. Однако такой способ принятия решений ведет к двойственному результату. Один аспект значения демократии состоит в руководстве общественными процессами в рамках существующей системы. Здесь возможности отдельных членов общества (и всего общества в целом) ограничены объективными закономерностями самой системы. Что можно реализовать в одной системе, после принятия этого большинством, то в другой системе останется мертвой буквой закона, невозможной для реализации, или пустой видимостью. Таким образом, механизм демократии дает возможность воплотить в жизнь решения большинства только тогда, когда для этого существуют соответствующие материальные и структурные предпосылки. Кроме того, люди, широко используя демократические права, могут принимать решения об изменениях, невыгодных для самих себя, например, когда их реализация приведет к возникновению обратных связей, вызывающих вредную экономическую осцилляцию. Поэтому демократия как максимальное и повсеместное участие в управлении, не будучи подкреплена соответствующими теоретическими знаниями граждан о последствиях для общества всех изменений существующего положения вещей, может привести к серьезным негативным последствиям, подобно тому как самые общие правила вождения автомобиля могут привести к катастрофе, если люди не научатся сначала эти автомобили водить. И поэтому при отсутствии знаний народ в условиях демократии может точно так же привести страну к общественной катастрофе, как и тиран в условиях автократии. Именно поэтому само введение обратных связей, создающих условия для демократического правления, не является достаточным условием конструкции «идеальной модели», так как для этого необходимы специальные знания. В капиталистической системе подобным теоретическим знаниям соответствуют программы политических партий, однако они являются очень слабой заменой основательно проработанной научной социологической теории.

Второй аспект заключается в том, что по-настоящему развитая демократия по определению должна предоставлять гражданам возможность принятия решений о полном изменении существующей общественной системы, чего в отношении к основам капитализма и частной собственности «демократические» законы порой не допускают. Как видишь, демократия – это формальный метод управления функциями как объективных законов системы, так и ее установленных правил. Установленные законы могут не совпадать с реальными общественными процессами, особенно в области управления государством. Марксизм уже давно открыл, что наиболее демократическое правительство заботится прежде всего об интересах определенного класса, то есть определенной части граждан, а не всех без исключения. Так, например, если произвольно определенное установленным законом процентное соотношение участия в управлении (согласно положению о выборах, законам распределения власти и т.д.), другими словами, «право решающего голоса», не соответствует объективно существующей структуре отношений в обществе, то происходит перераспределение этого соотношения вопреки букве закона посредством колебаний от централизации к децентрализации принятия решений – вплоть до достижения объективной устойчивости. Это явление проявляется по-разному в разных системах (например, в качестве влияния крупного капитала на решения властей, что делает «правление народа» фикцией в значительной степени).

ГИЛАС. Люди формируют общественные отношения и в этом смысле могут менять существующую систему, однако система, в свою очередь, влияет на людей; не считаешь ли ты в таком случае, что существуют некие черты человеческой личности «постоянные», «неотъемлемые», не имеющие отношения к социальному строю?

ФИЛОНУС. В поведении людей, которые, в свою очередь, являются элементами общественной структуры, наряду с объективными закономерностями, производными от структуры, проявляются также индивидуальные, личные свойства их психики. То, в какой степени они могут проявлять эти свойства, определяется самой системой. Я допускаю, что в неандертальском обществе тоже были свои эйнштейны, только занимались они не теорией гравитации, а добыванием огня с помощью трения. Однако общественное устройство применением ли откровенного насилия, преобладанием ли закоснелых культурных обычаев (навыков) может сводить на нет проявление личных способностей на определенном этапе их развития. Что же касается «постоянных» свойств человеческой натуры, то следует различать врожденные и приобретенные; так, например, способность говорить – врожденное свойство, но язык, каким пользуется человек, – приобретенный навык, зависящий от окружающих условий. Общественная система обязана способствовать развитию индивидуальных способностей, проявляющихся, разумеется, в культурных формах и содержании данной эпохи. Открывать возможности, расширять рамки демократических свобод, а не замыкать – для окончательного формирования – личность в готовых, навязываемых условностями формах – вот цели социологических конструкций. Схоластические же споры на тему о том, что унаследовано, а что приобретено, что в человеке неизменно, а что обусловлено системой, частью которой он является, разрешить может только опыт. Можно опытным путем установить, что зависит от структуры, а что – от индивидуумов, для этого в одном случае надо будет поменять местами людей, не меняя системы, а в другом – поступить наоборот (изменить структуру, не меняя людей).