КОСМОПОЛИС

- Мне нужны цыгане. Кто-нибудь здесь умеет гадать по руке?

Один из тех бесполезных голосов, звучащих за пределами этого мира.

- А как насчет ног? - спросила она, - умеете гадать по ногам?

Он порылся в карманах, ища мелочь, при этом чувствуя себя немного по-дурацки, немного огорченно, будто бы потерял счет чему-то, что могло колонизировать планету, но женщина уже двигалась вверх по улице, хлопая подошвами своей обуви, а он не нашел ни одной купюры или монеты в карманах, там не было даже документов.

Машина пересекла Восьмое Авеню и выехала из "театрального" района, наполненного ресторанами, пабами, крытыми двориками, где продают всякую мелочь, подальше от офисов авиакомпаний и автосалонов. Сейчас машину окружали невзрачные кварталы со множеством прачечных и школьных дворов. Только почти незаметные намеки на кипение жизни здесь и пожарные лестницы на кирпичных зданиях оправдывали название района - "Адская Кухня".

Машин было мало, но лимузин все еще двигался медленно, из-за того, что Эрик, сидя в своем кресле, разговаривал через окно с идущим рядом Торвалом.

- Что нам известно?

- Нам известно, что это не группа. Это не организованная террористическая группировка и не международные похитители, требующие выкупа.

- Всего один человек. Зачем беспокоиться?

- Мы не знаем его имени. Но он нам позвонил. В комплексе анализируют голосовую информацию. Они сделали некоторые оценки и сейчас строят проекцию действий этого человека.

- Почему мне ничего нельзя знать об этом?

- Потому что это не имеет значения, - сказал Торвал, - Кем бы он ни был, он тот, кем является.

Эрик согласился с этим высказыванием, что бы оно ни значило. Они двигались вниз по улице, между рядами мусорных ящиков, выставленных для того, чтобы мусоровоз их забрал, рядом с мрачного вида отелем и синагогой для актеров. Вся улица была покрыта грязной водой, и ее уровень поднимался по мере того, как они двигались вперед. Теперь он достиг трех-четырех дюймов (8-10 см. - прим. пер.). Это были последствия ранее произошедшей аварии на водопроводной магистрали. Рабочие в ярких жилетах и резиновых сапогах все еще были здесь, под светом прожекторов. Торвал делал большие шаги, и брызги воды под его ногами расходились в разные стороны.

Впереди дорогу забаррикадировали полицейские, закрыв проезд на Девятое Авеню. Сначала Торвалу показалось, что это связано с затоплением улицы. Но на другой стороне не было рабочих. Потом он подумал, что возможно кортеж президента направлялся к центру города, наконец высвободившись из пробок. Но вдали слышалась музыка, и там собирались люди. Их было слишком много и они были слишком молодыми, а значит точно не пришли встречать президента. Они все были в наушниках. Наконец он заговорил с одним из копов.

Там проходила похоронная процессия.

Эрик вышел из машины и остановился около магазина велосипедов на углу улицы. Торвал стоял неподалеку. Громадный мужчина приближался к ним через собирающуюся толпу: грубый, мясистый, серьезный, одетый в светлые льняные брюки и черную кожаную рубашку-безрукавку. На нем сверкали платиновые аксессуары. Это был Козмо Томас - продюсер более дюжины рэпперов и бывший совладелец конюшни скаковых лошадей, сейчас принадлежащей Эрику.

Они пожали друг другу руки и полуобнялись.

- Зачем мы здесь?

- Ты не слышал?

- Что? - спросил Эрик.

Козмо ударил себя в грудь.

- Брута Фез.

- Что?

- Мертв.

- Нет. Как. Не может быть.

- Мертв. Умер. Сегодня утром.

- Почему я этого не знал?

- Похороны проходили в течение всего дня. Семья хочет, чтобы весь город смог отдать ему дань уважения. Звукозаписывающая компания хочет поднять шум. На всех улицах, всю ночь.

- И я этого не знал? Как такое возможно? Я люблю его музыку. Его песни звучат в моем лифте. Я знал его.

Он знал его. Грусть и громкость этой фразы отражалась в самой музыке, Каввали (исполнение суфийской поэзии под музыку - прим. пер.) с религиозными ритмами и импровизацией. По мере того, как похоронная процессия двигалась вниз по очищенной от машин улице, музыка становилась все громче.

- Его застрелили?

Сначала показалась группа полицейских мотоциклистов, построившихся клином. За ними ехали два фургона с охраной, рядом с патрульной машиной. Все было понятно - еще один мертвый рэппер, который не смог отдать свой долг в виде денег или возможно женщин, какому-нибудь легкомысленному человеку и вышел к гремящим выстрелам, бормоча что-то себе под нос. Сегодня тот день, когда влиятельным людям приходит конец.