Дава Собел - ДОЧЬ ГАЛИЛЕЯ

«Принимаете ли вы, почтенный господин кардинал, результат проведенного в соответствии с каноном избрания вас Верховным Понтификом?»

«Acctpto (принимаю)», - ответил он одним словом.

«Какое же имя вы избираете?»

Можно было оставить свое собственное имя - Маттео - или выбрать имя любого из прежних пап (за исключением Петра - это запрещено традицией).

Выбор был сделан, и в мгновение ока Маттео Барберини превратился в папу Урбана VIII. Листки с именами кандидатов на этот раз сожгли не с сырой, а с сухой соломой, и из трубы поднялся белый дым, подавая толпе, собравшейся вокруг Ватикана, знак. А вскоре и возглас: «У нас есть папа!» подтвердил радостную весть, которую встретили всеобщим ликованием.

Галилей, осознавая, какое мощное позитивное влияние может оказать такой поворот событий на его жизнь, поделился радостью и надеждами с сестрой Марией Челесте, послав ей стопку писем, накопившихся за десятилетие обмена корреспонденцией. Первое послание кардинала Барберини к Галилею датируется 1611 г.; в нем ученый назван добродетельным и набожным человеком, чья работа имеет огромную ценность, а также высказывалась надежда, что его жизнь, продлившись как можно дольше, существенно улучшит жизнь других людей. Прошедшие годы лишь усилили симпатию кардинала, так что в 1620 г. в стихотворении «Опасная лесть» он не только упоминал Галилея как первооткрывателя новых поразительных небесных феноменов, но также использовал пятна на солнце как метафору темных страхов, гнездящихся в сердцах могущественных владык. В приложенном к этому стихотворению письме к Галилею кардинал подписался с примечательной теплотой - «Ваш брат».

Естественно, тон Галилея в ответных посланиях был более сдержанным, он постоянно выстраивал замысловатые фигуры речи вроде: «Остаюсь Вашим смиренным слугой, почтительно целую край Вашей одежды и молю Господа о ниспослании Вам величайшей милости». Ученый писал достаточно часто; чтобы кардинал Барберини был всегда в курсе его новых открытий и исследований, он высылал ему экземпляры всех своих книг, а также копии неопубликованных трудов «Трактат о приливах» и сочинение Гвидуччи «Беседы о кометах».

Флоренция в конце XVI в. Фолъгеровская Шекспировская библиотека, Вашингтон

Последнее письмо кардинала датировано 24 июня 1623 г., то есть написано всего за неделю до того, как он стал папой. В этом послании он благодарил Галилея за помощь, оказанную его любимому племяннику Франческо Барберини во время успешного завершения тем своих научных исследований в Пизе.

В августе Галилей страстно мечтал отправиться в Рим, чтобы поцеловать туфлю нового папы и пройтись вместе с товарищами по Академии-деи-Линчеи и по городу во время церемонии посвящения Урбана VIII. Первые дни понтификата Барберини были полны для художников и ученых самых радужных надежд - особенно это касалось тех, кто происходил из родного города Урбана, Флоренции. Сегодня кажется поразительным, что Галилей думал, будто он сможет получить папское благословение для своих самых рискованных проектов и в то же время обеспечить будущее сына.

Годом ранее Галилей отправил Винченцо в школу законников при Университете Пизы. Теперь он рассчитывал выхлопотать для него пенсион - звание каноника, которое гарантировало бы Винченцо небольшой ежегодный доход на продолжении всей жизни в обмен на выполнение весьма необременительной работы или вообще без таковой. Существование подобных синекур оказывало серьезное влияние на экономику Италии XVII в., нередко иссушая малые диоцезы и наполняя карманы их отсутствующих владык, по меньшей мере половина которых была из числа мирян. Однако, несмотря на все издержки подобной системы, Рим не только терпел, но и поддерживал ее, потому что пенсионы давали средства к жизни гораздо большему числу прелатов, чем папская казна смогла бы заплатить в случае отмены такого порядка.

Что касается просьбы сестры Марии Челесте выслать ей копию письма, в котором ее отец поздравлял новоиспеченного папу Урбана, Галилей отклонил ее, сославшись на то, что он вообще ничего подобного не писал. Он объяснил дочери, что хотя и имеет счастье поддерживать столь долгое знакомство с Его Святейшеством - что позволяло ему посвятить папе свою новую книгу и рассчитывать испросить у него аудиенцию в Ватикане, - однако протокол возбраняет написание подобных личных писем. Поэтому он предпочел передать свои поздравления другим, более позволительным путем: через племянника Урбана - Франческо, который был учеником Галилея.