Дава Собел - ДОЧЬ ГАЛИЛЕЯ

Несколькими днями позже сестра Мария Челесте признавалась: «Только благодаря Вашему нежному и полному любви письму я полностью уразумела, в силу своей темноты, что Вы, достославнейший господин отец, не осмелились бы писать напрямую столь значительной особе, или, чтобы выразить это точнее, высочайшему владыке во всем мире. А потому благодарю Вас за то, что Вы указали на мою ошибку, и в то же время я чувствую уверенность, что Вы, столь любящий меня, простите мое глубочайшее невежество, как и многие другие изъяны моего характера. Я охотно признаю, что Вы - тот, кто может поправить меня, дать совет по любому вопросу, чего я больше всего желаю и что всегда так высоко ценю, ибо я понимаю, сколь малые знания и способности по справедливости могу назвать принадлежащими мне».

Художественный музей Фогг, Художественный музей Гарвардского университета, Кембридж, Массачусетс. ДарБелинды Л. Рэндалл.

Из коллекции Джона Уита Рэндалла

Это письмо датировано 13 августа, в этот день Марии Челесте, хотя она ни словом и не упоминает об этом, исполнилось двадцать три года. Теперь она вела счет лет с момента пострижения - 4 октября, а знаменательным днем для себя считала 8 сентября, когда отмечался праздник Девы Марии, чье имя она приняла.

Через неделю дочь узнала, что болезнь вновь разрушила планы. Галилея: воспрепятствовала его поездке в Рим, вынудив оставаться в доме покойной сестру во Флоренции, где заботы о нем приняли на себя недавно овдовевший зять и племянник. Эти новости принес в Сан-Маттео слуга - их с женой наняли на службу в обители: они помогали сестрам выполнять наиболее тяжелую работу, а также служили связующим звеном с внешним миром.

«Сегодня утром я узнала от нашего слуги, что Вы, достославнейший господин отец, находитесь во Флоренции, - писала Мария Челесте 17 августа. - А поскольку мне это кажется поступком, выходящим за рамки Вашего нормального поведения - покинуть дом, когда Вас тревожат боли, - я полна мрачных предчувствий. Боюсь, что Ваше самочувствие намного хуже обычного.

А посему умоляю Вас дать слуге отчет о Вашем состоянии, дабы, если Вам не настолько плохо, как мы того опасаемся, мы смогли бы здесь успокоить свои взволнованные души. По правде говоря, я никогда не протестовала против жизни в обители в качестве монахини, за исключением тех случаев, когда вдруг слышу, что Вы больны, потому как в этот момент я хотела бы иметь свободу посетить Вас и заботиться о Вас со всем усердием, на которое я только способна. Но даже при том, что этого я сделать не могу, благодарю Господа Бога за все, так как прекрасно знаю, что и лист не шелохнется без Его на то воли».

Внезапно папа Урбан VIII тоже заболел. Он заразился лихорадкой, свирепствовавшей в Риме летом 1623 г., и вынужден был отложить церемонию посвящения в сан до сентября.

Однако, даже несмотря на отсутствие необходимых формальностей, Урбан VIII сразу же продемонстрировав готовность взять власть в свои руки, и это было его право. Прямо в день избрания, 6 августа, едва закончил работу конклав, он издал буллу о канонизации: святыми объявлялись Игнатий Лойола и Франсис Ксавьер - основатели ордена иезуитов, а также Филиппо Нери, которого называли «апостолом Рима».

Фамильный герб Барберини.

Деталь фронтисписа «Оценщика». Национальная библиотека, Флоренция

Через несколько недель Урбан VIII начал раздавать своим братьям и племянникам прибыльные посты - что давало возможность злопыхателям отпускать саркастические замечания, якобы три пчелы, изображенные на фамильном гербе Барберини, прежде были слепнями. В конце концов, несмотря на свою удачливость, Барберини прежде никогда не могли похвастаться ни особой знатностью, ни богатством. И вот теперь новоиспеченный папа Урбан VIII поставил своего женатого брата Карло во главе папской армии, а его старшего сына, эрудита и интеллектуала Франческо, сделал кардиналом. Новый кардинал, родной племянник папы, и был тем самым Франческо Барберини, работавшим над научным исследованием в Пизе, любимым учеником Бенедетто Кастелли, а через него - и учеником Галилея. Не успел Двадцатишестилетний выпускник университета стать Его Преосвященством и правой рукой Его Святейшества, как его избрали почетным членом Академии-деи-Линчеи.