Следующим пунктом их путешествия стал собор Парижской Богоматери, ну или легендарный Нотр-Дам де Пари. Этот храм произвёл на Родиона неизгладимое впечатление. Он почувствовал себя маленьким ребёнком, у которого осуществилась мечта всей его жизни. Он смог увидеть памятник мировой истории, и не на картинке, а по-настоящему, вживую. Это величественное сооружение заставило его сердце биться сильнее, и в рейтинге достопримечательностей, составленном Родионом, заняло почётное первое место.
Завершающим этапом экскурсии по Парижу стали посещение вершины холма Монмартр, и, конечно же, самая узнаваемая достопримечательность во всём мире, Эйфелева башня.
Все эти прогулки, совместное времяпрепровождение, очень сплотили Родиона и Мари. И теперь они не представляли жизни друг без друга. Они жили тихой, размеренной, почти семейной жизнью, строили планы на будущее, наслаждались настоящим и не вспоминали о прошлом. Впрочем, это было и не нужно.
Сейчас было раннее апрельское утро. Погода за окном была просто чудесной. В Париже была та самая пора, когда все деревья уже распустили свои зеленые листочки. Казалось, что всё кругом ждёт наступления лета, но погода была еще по-весеннему прохладной. Это скорее бодрило, чем доставляло неудобство.
Все парижане, как обычно, шли по своим делам. Начиналась повседневная суета. А всё на той же улочке, всё в том же доме, на кухне, Родион готовил завтрак, пока Мари принимала душ перед отправкой на работу. Он готовил всё ту же яичницу с беконом. Видимо, эта привычка, приобретённая в Англии, настолько плотно засела в нём, что её было невозможно искоренить. Да этого, собственно, и не требовалось.
Стоя у плиты, напротив окна своей кухни, Родион уловил боковым зрением, что кто-то с улицы наблюдает за ним. Он быстро повернул голову, но прохожие, как обычно, шли, кто куда, по своим делам, и до окна чьей-то квартиры им не было никакой заботы. Родион встряхнул головой, думая о том, что ему просто показалось.
– Машуль, завтрак готов! – произнёс он.
– Уже иду, – ответила ему Мари, выходя из душа и вытирая голову полотенцем.
Она подошла к Родиону, он чмокнул её в нос. Затем Родион раскидал по тарелкам только что приготовленный им завтрак, и они быстренько перекусили.
Сегодня, впрочем, как и всегда, Родион решил проводить девушку до её кафе. В смысле, кафе было не её, она там просто работала, но я думаю, это и так очевидно.
По дороге, Родиона не оставляла мысль, что за ним кто-то следит. Неужели паранойя? Опять? Спустя два года? Да нет, бред какой-то.
Они дошли до кафе, Родион снова чмокнул Мари, на этот раз уже в губы.
– Увидимся, – сказал Родион. – Я ещё зайду.
– Буду ждать, – ответила ему Мари, улыбаясь.
По дороге до дома, Родион очень внимательно смотрел по сторонам, выискивая в толпе того, кто мог за ним следить. Но на этот раз никого подозрительного Родион не увидел, и списал это на бурную фантазию.
Но зайдя в свой подъезд, паранойя снова вернулась. Родион осмотрелся по сторонам, заглянул наверх. В подъезде был лишь он один.
Родион поднялся на свой этаж. Его взгляд сразу же упал на коврик под дверью. У Родиона было много привычек, обычаев, традиций, ритуалов, называйте это как хотите. Одним из них было то, что всегда выходя из дома, он придвигал коврик вплотную к двери. Теперь же он лежал слегка отодвинутый с одного края. Родион ещё раз осмотрелся по сторонам.
Он аккуратно достал ключи, вставил в замочную скважину, повернул. Два оборота, как он и закрывал. Родион медленно открыл дверь. На первый взгляд его квартира была пустой, в том состоянии, в каком он её и оставил пятнадцать минут назад.
Родион зашёл, закрыл за собой дверь. И снова его взгляд уловил лёгкое несоответствие. Домашние тапочки стояли не вплотную прижатыми друг к другу, а задник одного слегка отстоял от другого.
В голове Родиона в секунду пронеслось множество мыслей. Одной из них было то, что если бы в дом проник кто-то нежелательный, на Родиона бы уже набросились.
Родион ещё раз обвел взглядом свою квартиру и улыбнулся.
– Как в лучших голливудских фильмах? – задал он вопрос в пустоту. – А скрывать за собой улики ты так и не научился. Хватит прятаться, выходи.
Из комнаты вышел парень. Он был чуть выше Родиона, но на вид ему было, примерно, столько же лет. Кроме роста их отличало ещё и то, что волосы у этого парня были чуть длиннее, ну и самое главное, его неотъемлемыми атрибутами были лёгкая щетина и лучезарная улыбка во все тридцать два зуба. Вот и сейчас он улыбался.
Читать дальше