CurvyPragmatist - Reset

— Но я не хочу строить мост, — с сожалением признался Генри, — она была злой. Я имею ввиду не то время, когда она была Злой Королевой. А после этого — она не менялась, продолжая оставаться той же. Убила Шерифа Грэма, посадила Мэри Маргарет за убийство, а еще пыталась отравить тебя.

— Генри, — обняла его покрепче Эмма, чтобы он прекратил перечислять преступления Реджины, — Я..Я знаю, что она сделала достаточно много плохих вещей. Я считаю, что мы должны понимать, что она из другого мира. Там все было иначе, не так ли?

Генри кивнул в знак согласия.

— В том мире Мэри Маргарет, Дэвид, Лерой… они убивали людей. Мэри Маргарет была бандиткой, — Эмма ухмыльнулась, представляя образ своей мамы в роли бродяги и охотницы, скрывающейся в лесах, — у них были совсем другие правила и законы, но это не делает их правыми. Забирать чью-то жизнь, это всегда неправильно.

Эмма остановилась, чтобы дать осмыслить Генри то, что она только что сказала, а затем продолжила:

— Это означает, что они думают по-другому, нежели ты или я. И действуют иначе. Реджина делала ужасные вещи, мы об это знаем, но мы так же должны понимать, что у нее были причины на это.

— Потому что Белоснежка разбила ей сердце? — спросил Генри.

— Да, но были и другие причины… — добавила Эмма, но решила не зацикливаться на враждебных отношениях Реджины с ее матерью. Она догадывалась, что и в браке Королева была несчастна, хотя никто никогда не поднимал эту тему.

— Так она делала все эти вещи, потому что страдала? — тихо спросил Генри, догадываясь, что имеет ввиду Эмма.

— Да, — подтвердила Эмма, — люди могут быть вредными по многим причинам, но я всегда считала, что зачастую это происходит или от страха, или от тоски и безысходства. А у Реджины было и то, и другое.

— Я до сих пор не понимаю, как могу ее любить и ненавидеть одновременно, — пожаловался Эмме Генри, протирая слезы.

— Я знаю, — призналась Эмма, — я чувствую то же самое.

— Ты любишь ее? — удивленно спросил Генри.

Эмма поторопилась ответить ему:

— Нет…я имею в виду, она мне нравится и не нравится одновременно.

— Я понимаю, почему она не нравится тебе, — смотрел Генри на Эмму, — но почему она тебе нравится?

— Потому, что она заботилась о тебе. Реджина дала тебе все то, чего не смогла дать я. Но она также превратила мою жизнь в ад с тех самых пор, как я приехала сюда. Она пыталась выгнать меня из города, она обвинила мою соседку в убийстве, она убила кое-кого, а еще она ударила меня по лицу.

— Она ударила тебя? — шокировано спросил Генри.

— Да, но я ударила ее в ответ, — улыбнулась Эмма, вспоминая тот момент, — она превратила мою работу в ад, она пыталась разлучить нас. Я действительно ненавидела ее, но.. — Эмма сделала паузу, глубоко вздохнув, — мне было больно признавать, но я знала, что она любила тебя больше всех на свете, больше, чем себя. Она дала тебе все. Генри… ты милый и отличный парень, и все это — заслуга Реджины. Я знаю, что она была строгой и что ты чувствовал себя с ней плохо, но поверь мне, Генри, когда ты станешь старше, ты обернёшься и поймешь, как тебе повезло.

Генри кивнул, и они оба молча сидели в машине, думая о своем. Наконец Генри заговорил:

— Я могу увидеть ее?

— Я не знаю, малыш… она дала чётко понять, что…

— Но она не может помешать мне, натыкаться на нее в городе, — хитро улыбнулся мальчик.

— Генри, есть еще кое-что, что ты должен знать, — тихо сказала Эмма.

— Реджина…ты ведь знаешь, что Реджина любит тебя, да? — Эмма улыбнулась, когда Генри застенчиво кивнул.

— В общем, она пьет зелье, чтобы… попытаться… забыть, как сильно тебя любит. Не тебя забыть, — быстро добавила Эмма, смотря на шокированное лицо Генри, — а притупить чувства. Просто позволь ей двигаться дальше.

Генри смотрел на нее с открытым ртом.

— То есть она пьет зелье, чтобы не любить меня?

— Я не знаю точные детали, но она пьет зелье, чтобы уменьшить свои чувства. Это было очень сложно для нее, ведь тебя не было в ее жизни последние пять месяцев, — сказала ему Эмма.

— Что будет, если она прекратит пить зелье? — спросил Генри.

— Я не знаю, — с грустью ответила Эмма, — я, правда, не знаю. Прости меня, Генри. Я просто хотела, чтобы ты знал, что Реджина…она любит тебя очень сильно. Не надо чувствовать себя отвергнутым ею, хорошо?

Генри кивнул:

— Так ты говоришь, я должен оставить ее в покое?

Эмма глубоко вдохнула.

— Я всего лишь говорю, что ей надо больше пространства, пусть она знает, что мы поддерживаем ее, но на какое-то время постарайся находиться подальше от нее.