Александр Уваров - Лемурия

И потянулся помогать.

— Да ступай же! Ступай! — раздражённо крикнул ему Алексей.

Щёлкнул серебристой крышкой и отбросил зажигалку на декоративный столик.

— Рабочий день окончен! Окончен! Оставь меня, ради бога! Вижу, что не поможешь…

Уловив через полминуты суть просьбы, слуга удалился.

Выйдя за ворота, завернул он за угол и постоял в этом укромном месте немного, наблюдая за подъездом к вилле.

Ушёл лишь через двадцать минут, когда…

«Эх, надо было Вениамину позвонить! — с сожалением подумал Алексей, выпроводив слугу. — Пожалел Веню, не стал на ночь глядя дёргать. А надо было сразу его подключить… Уж он-то сумел бы с местными властями договориться. И нашёл бы, обязательно нашёл бы!»

…маленький жёлтый «Смарт» с чёрно-белой шахматной полосой на борту и надпись Taxi-service на передней двери проехал через немедленно открывшиеся ему навстречу ворота.

Уж он-то понял сразу, кто прибыл в «Дильмун».

Только у хозяина и хозяйки были брелоки, позволявшие дистанционно открывать ворота.

Малаец улыбнулся довольно и, оглядевшись по сторонам, пошёл по улице, насвистывая весёлую песенку, мелодию которой услышал он когда-то в далёком городе с невероятно высокими стеклянными домами, голубыми фонтанами, роскошными отелями и тенистыми рощами финиковых пальм.

Городе, что стоял, да и по сию пору стоит на краю великой пустыни.

В городе, где с болью в спине и весёлым высвистом зарабатывал он приличные деньги… Ой, какие хорошие деньги!

И как о таком городе забыть?

— Ну и беспорядок! Что же это такое, Алексей? Неужели курить начал?

Ирина переступила через разбросанные по полу сигареты.

Оправив юбку, села в кресло. Весело и беззаботно посмотрела на угрюмо сопящего мужа.

— Ну, и почему не устраиваешь допрос? — с вызовом произнесла она. — Не спрашиваешь, где была… О, нет!

Ирина захлопала в ладоши.

— Есть лучше вопрос! Как раз в твоём стиле. В твоём новом стиле! «Где шлялась?!» — вот как надо спрашивать. И ещё — кулаком по столу…

Она взмахнула рукой.

— Да порезче! Пожёстче! Чтобы сразу бабу на место поставить! Так, Лёша? Такое у нас будет общение?

Алексей зашипел в ответ.

— Нет уж, ты дай волю гневу! — подначивала мужа Ирина.

Алексей с трудом разлепил губы.

— Когда это я кулаком стучал? Когда же это общался с тобой как с бабой? По моему, как с женщиной… Не надо вот этого… Этого… Клеветы вот этой! Выдумок! И не смей, не смей меня провоцировать!

— Так где же я была? — будто и не слыша мужа, спросила сама себя Ирина. — Давай-ка я расскажу по порядку…

Алексей, не выдержав, подбежал к ней и выкрикнул:

— Замолчи! Гадко, гадко глумиться так! И не надо посвящать меня в грязные свои тайны и рассказывать о своих похождениях! Мне достаточно того, что я знаю!

Ирина встала и подошла к нему вплотную.

Заглянув в глаза, спросила шёпотом:

— А что ты знаешь?..

И добавила:

— …милый.

Он отступил от неё. На шаг, и ещё на шаг.

Потом развернулся и выбежал из комнаты.

Ирина, рассмеявшись ему вслед, упала, раскинув руки, на диван.

И замерла, прикрыв глаза в полусне.

— Вот!

Очнулась, когда на грудь ей упал листок.

Привстала и посмотрела удивлённо на склонившегося над ней мужа.

— Смотри! Смотри, наивная! Вот он — настоящий Искандеров!

Она перехватила полетевший было на пол листок.

И смотрела минуту на распечатанное фото — взглядом равнодушным, усталым.

— Какой-то больной… Кто этот несчастный?

— Тот, с кем ты встречаешься! — съязвил Алексей, не сдержав груза благородства. — Искандеров, Михаил Львович. Биографическую справку зачитать? Я могу, она у меня имеется. В распечатанном виде! Могу громко, с выражением…

Ирина отбросила листок.

Алексей наклонился, подобрал фото, и, смяв его безжалостно, засунул в карман брюк.

«Выбросить бы эту гадость! Или порвать — в лицо ей! А Веня это фото ещё раз распечатает. На память!»

— Смешно, Лёша, — сказала Ирина. — Искандеров в Нараке. Тебе, конечно, не нравится это, но придётся смириться. Он в Нараке. Я же не могла ошибиться, я видела его…

Алексей застонал.

— Слышал! — выкрикнул он. — Слышал уже! Видела на презентации! Так вот, дорогая моя…

Вдохнул глубоко.

«Я спокоен… Свысока смотрю, свысока…»

Сел в кресло и наставительно поднял указательный палец.

— Это тебе придётся смириться с тем, что тебя надули! Обманули как наивную, глупую девчонку!

И указательный палец сменился большим, который Алексей римским жестом направил вниз и в грудь себе.