Дарья Сойфер - Исцеление

— Да нет, что ты… Не ожидала просто. Познакомься, это Марк Веселовский, мой начальник. Марк, это моя мама, Надежда Сергеевна, и младшая сестра Алина.

— Драаастье, — оживилась Алина и протянула руку.

Еще одна! Не хватало, чтобы и тетя Надя начала прихорашиваться!

— Очень приятно, — улыбнулся Веселовский.

И сколько, интересно, он заплатил стоматологам? Варианта два: или он оставил их вообще без работы, либо озолотил с ног до головы. Паша ощупал языком собственные зубы и пустое место, оставшееся после верхней шестерки. Когда он в последний раз садился в кресло? Года полтора назад? Точно, и пломба снизу давно съелась с куском шашлыка. Надо бы заглянуть…

— Ника, мне, пожалуй, уже пора. Тем более, у тебя такой аншлаг, — Марк положил руку ей на плечо.

Какого хрена он делает?! О чем они тут говорили?

— Я рада, что ты приехал, — Ника просто светилась изнутри. — Тогда о деталях поскайпимся?

— Конечно. Ну, а опытные образцы — как сможешь. Думаю, тебе стоит как следует прийти в себя, взять еще недельку отпуска. Но в целом — очень неплохо. Я впечатлен, хотя ты меня знаешь, я люблю по-венчурному, — он подмигнул, вызвав восторженный смех Карташовой.

По-какому? Паша скрипнул зубами и сам поежился от этого звука. По-вычурному?! Ника, кто ты такая?

— Я тоже побегу, Басик, — вмешалась Алинка.

Исаев не без удовольствия отметил, как перекосилось на долю секунды лицо старшенькой.

— Но мы же только приехали! — охнула Надежда Сергеевна.

— Мамуль, мне еще надо в центр, мы с девочками договаривались.

— В центр? А куда именно? — вежливо осведомился Марк и, пожалуй, дольше, чем нужно, задержался взглядом на младшей Карташовой.

— На Пушкинскую.

— Я как раз сейчас в ту сторону еду. Вас подвезти?

— Почему бы и нет? — Алина повела плечом и с чересчур довольной миной последовала за ним, не обратив внимания на реакцию сестры.

На Нику было жалко смотреть. Она словно проглотила ложку скипидара и пыталась сделать вид, что ей понравилось. Такой вопиюще натянутой любезности Исаев еще не видел.

— Ладно, пойду я, мне еще тучу историй заполнять… — он расшаркался и двинулся в ординаторскую, но Ника окликнула его.

— Слушай… — она потянула его за рукав и понизила голос. — Тут такое дело… Чисто гипотетически… Есть шанс мне пораньше выписаться? Постельный режим, само собой.

Вот, значит, каково Марку, когда от него ждут инвестиций. Заискивающий взгляд, умильная рожица, дрожащий голос… Приятно, чего уж греха таить. Желающих попасть пораньше домой на Пашином веку было пруд пруди. Каждый второй пациент рвался из больницы, как пленный партизан из лап врага. И обычно Исаева это страшно раздражало, потому что идиотизм он не мог терпеть в любом проявлении. Но когда перед ним с просьбой оказалась Ника, ему вдруг стало приятно ощутить собственную власть. Поэтому он выдержал драматическую паузу, сполна насладившись моментом, широко и так по-доброму улыбнулся, похлопал ее по плечу, — не одному же Марку, в самом деле, можно ее трогать, — и сказал:

— Даже не надейся, — и вразвалочку, едва не пританцовывая, направился к своим пирожкам.

11 мая 14:18

#хочудомой #палатаномершесть

Еще несколько дней — и все. Может, начать крушить больницу, чтобы они меня сами выгнали?!

12 мая 20:24

#столзаявок #никапекарь

Руки чешутся что-то испечь, а есть нельзя. Вот приду домой, займусь. Так что если кому сладенького, заявки принимаются.

Ника изнемогала от скуки. Ее соседку, Инну Федоровну, выписали, а с этой бойкой старушкой было хоть какое-то веселье. Та рассказывала о молодости, о своих кавалерах и романтических приключениях, пока Ника не осознала, какой же скучной жизнью живет она сама. Дом, работа, бизнес-план. Конечно, плоды свои оно приносило. Приезжал Марк, предлагал дать деньги под шестьдесят процентов бизнеса. Мужская тяга к контролю, куда без нее. Но ведь какой шанс! Ему даже дегустировать не понадобилось, всего лишь взглянуть на реакцию коллег, а она, как выяснилось, была фееричной. В одной только реанимации Ника получила не меньше дюжины вопросов о рецептах. Курьер Вася снова звал на свидание, Володя из маркетинга слал сообщения с намеками вроде «Как выпишут, приезжай ко мне, я должен обязательно тебя отблагодарить по полной программе». И она ни секунды не воспринимала это на свой счет, потому что за все пять лет он не пытался с ней заигрывать.

С одной стороны, Ника с Леной мечтали о своем собственном бизнесе. С другой, — выживать самим в Москве, когда вокруг сгущаются конкурентные тучи, было страшно. Без инвестиций Марка они были бы никем, а он условия выставил жесткие. Ника знала его давно и понимала, что если он закусил удила, то хоть яблоком мани, хоть морковкой, этот жеребец их не выпустит. За обаятельной улыбкой скрывался жесткий, опытный человек, и Нике меньше всего хотелось вывести его из себя. Один раз оступиться — он заберет свое предложение, и она пойдет раздавать листовки у метро. В тендерах Веселовский не участвовал. Умел выстроить переговоры так, что боролись за него, а не наоборот.