Стелла Грей - 2+2

Что касалось наших отношений, вообще все было настолько хорошо, что становилось страшно. Никогда раньше я не испытывал подобной близости с другим человеком. С девушкой. Она отдавалась мне на все сто, преданно глядя глаза в глаза, обнимая так, будто каждый раз последний. А я наслаждался каждым мгновением, проведенным рядом.

Защита проектов теперь казалась чем-то важным, но не настолько значимым, как, к примеру, Никино спокойствие. Мне грела душу ее улыбка, а когда она сама тянулась за поцелуем, хотелось кричать от счастья, потому что оно разрывало меня изнутри, пытаясь выплеснуться наружу. Пусть бы все были так счастливы, особенно мама со своим Гельмутом.

– Данилов, остановись. Я боюсь, – шепнула Ника, обрывая мои мысли. – В голове просто ураган, я все завалю.

– Ты не можешь завалить все. – Я сжал ее плечи, прижал к себе. – Малыш, ну не стоит это таких переживаний. Ты у меня умница, и все что нужно – расслабиться, показав себя во всей красе. Это твой звездный час, просто расскажи, над чем работала столько времени. А я буду рядом, что бы ни случилось. Сможешь?

– Да… Спасибо.

Мы идем дальше по коридору, и я вдруг думаю о том, что люблю ее. Но почему-то не спешу сказать об этом. Нужно ли сейчас засорять голову еще и этим? Нет, определенно не стоит. Но как хочется услышать, что Ника скажет в ответ! Не могу молчать. Повернувшись, хочу сказать эти три слова, хочу, чтоб она знала…

– Наконец, – мистер Браун выглядывает из своего кабинета. – Вот и вы. Первые двое уже здесь. Входите, начнем.

Ника бледнеет, крепче сжимает мою руку.

– Данилов… – шепчет одними губами.

– Ты поразишь всех, Громова, – говорю искренне, пропуская ее вперед.

И она поражает.

Стоит ей выйти к проектору и начать рассказывать о проделанной работе, как она преображается. Серьезная, красивая, уверенная в себе, Ника выглядит чудесно, внушая доверие и даже легкий трепет. Она легко отвечает на все вопросы, с легкостью разбивает конструктивную, на первый взгляд, критику… Моя девочка прекрасна.

Когда дело доходит до меня, я беру себя в руки и отрабатываю тему на полную. Знаю, о чем говорю, и, надеюсь, Браун это видит.

Лариса в ответах плавает, а Селиванов выступает на удивление хорошо, что раздражает.

– Что ж, очень неплохо, – говорит в заключение мистер Браун. – Я бы сказал, что вы все – достойные кандидаты. И даже если не можете сработать умом, дорабатываете хитростью.

Руководитель нашей практики смотрит на всех поочередно с легким прищуром, словно бы говоря: я знаю все ваши тайны, ребятишки, меня не проведете.

И я понимаю, что девушка, про которую говорила Ника, все ему рассказала…

– Также я знаю, что двое из вас из весьма обеспеченных семей, – продолжил говорить Браун. – Дочь главного спонсора, сын ректора… А ведь был уговор на этот счет – никакого личного протектората. Как итог, мне жаль, но я приму на практику только одного кандидата. Наиболее, по моему мнению, достойного. Громову Веронику. Имею честь пригласить вас на учебу за наш счет. Спасибо за прекрасно отработанные задания.

В кабинете повисла тишина.

Я повернулся к Нике, чтобы ее поздравить, но она с бледным лицом смотрела куда-то вперед и выглядела так, будто ей сейчас объявили смертный приговор.

И в тот же момент в моей голове прозвенел опасный звоночек. Неужели она переживает, что победил не Селиванов?! Если так, то мое терпение грозило лопнуть, как мыльный пузырь! Нельзя же быть настолько наивной и жалостливой…

– Мисс Громова, поздравляю, – еще раз объявил Браун. – Мой университет будет рад видеть вас среди наших студентов.

– Но позвольте… – где-то со стороны вякнула Лариса.

Пришлось обернуться на нее. Она вскочила с места и теперь пыталась что-то доказывать.

– Вероника, конечно, прекрасная студентка, но Владимир… – в ее голосе появился трепет, я даже поморщился. И эта туда же! Откуда такое благоговение перед Селивановым? – Владимир куда более талантливый молодой человек и более способный.

Браун скрестил руки на груди, посмотрев на нее, затем на Селиванова и неожиданно на меня, а после сверкнул глазами так, что захотелось провалиться сквозь землю.

– Я наслышан о способностях некоторых молодых людей в этом кабинете, – пригвоздил профессор. – Поэтому сделал свои выводы и выбрал того из вас, кого посчитал достойным. Решение окончательное.

Лариса мучительно покраснела и села. Я же вновь перевел взгляд на Нику.

– Эй, ты чего? – подтолкнул я ее немного в бок. – Ты молодец. Заслужила!