Марго Романова - Тайга

— Ты теряешь время, — брезгливо поморщившись, Нагира легонько отпихнула ее ногой. — Пока ты была в отключке, я присмотрела за Рябинушкой и ее женишком. Они действительно любят друг друга, эти два безмозглых создания. Таскаются везде вместе, а как окажутся совсем близко, так искры по всему лесу летят. Противно прямо! И куда смотрит Тайга? У ее любимой берегиньки совсем голову от любви снесло, а она даже не шевелится. Хотя один раз вмешалась. Да и то, просто припугнула их, чтобы хоть немного меру в своих любовных утехах знали.

— Какой у нас план? — усевшись на землю, преданно посмотрела на Нагиру ведьма. — Ничего не изменилось?

— Все тот же, — кивнула Нагира. — Думаю, нам недолго осталась ждать. У Тайги терпение не безграничное. Скоро она попрет нашего женишка из своих владений. Берегинька не сможет с этим смириться. Девка она у нас упертая, своего любыми путями добьется. Так что иди, и глаз с нее не спускай. Только поаккуратней. А то в следующий раз даже я не смогу тебе помочь.

— Сколько времени я была без сознания? — тяжело поднимаясь с земли, напоследок поинтересовалась Верло. Ей казалось, что с тех пор, как она видела дикие пляски Нагиры, прошла целая вечность.

— Два часа, — спокойно ответила Нагира и, потянувшись всем телом, пошаркала в шалаш. — Устала я сегодня. Как будто мне своей работы мало. Еще и чужую делать приходится. Пойду вздремну. А ты беги скорей. Они на полянке прогуливаются, возле избушки. Там их и ищи.

Верло ошарашено посмотрела ей вслед. Недавнее раскаяние вновь сменилось жгучей завистью. Ну ничего, когда-нибудь она станет такой же могущественной, как Нагира. Нужно лишь постараться втереться ей в доверие, напроситься в ученицы. А дальше дело техники. Она всегда была самой сообразительной, схватывала информацию на лету, и ей никогда не нужно было повторять что-либо дважды. Она быстро освоит все ведьмины премудрости, и тогда посмотрим кто кого! Тогда Нагире не усидеть на своем троне! Она и сейчас доверяет Верло гораздо больше, чем остальным. Дает ей самую сложную, самую тяжелую работу. Потому что знает, что Верло не подведет. Если ей удастся выполнить и это поручение, то Нагира обязательно назначит ее своей главной помощницей и наследницей. Тем более, что она ей не чужой человек, приемная дочь как никак. Хотя, какое это имеет значение. В их кругах родственные связи никогда не играли роли. Каждый сам по себе. Здесь царили волчьи законы. Даже хуже. Волчица никогда не бросит своего детеныша. Пока он не окрепнет, не наберется сил и опыта, она не отступится от него. Она загрызет любого, кто покусится на его жизнь. А с какой нежностью этот дикий серый зверь смотрит на своих волчат! Она никогда не видела такого взгляда у Нагиры. Никогда!!! Наверное, именно поэтому она ненавидела ее так сильно. Ей страстно хотелось отомстить за эту нелюбовь, за это обидное безразличие, за ее пустые глаза и холодное сердце… и заодно доказать, что она достойна ее любви.

Николай плотоядно посмотрел на серого зайчонка, проскакавшего прямо по его правой ноге, и перевел тоскливый взгляд на берегиню. Чувство голода росло и крепло в нем с каждой минутой. Малина и земляника уже не могли удовлетворить его. От шишек зудел язык и пощипывало небо.

Устав гулять по лесу, они вернулись к заимке. Николай вытащил из домика криво сколоченную лавочку и прислонил ее к стене, она так и норовила завалиться назад. День подходил к концу. Небо окрасилось багряным румянцем. Завтра должна быть хорошая погода. Усевшись на лавку, он поманил к себе берегиню.

— Рябинушка, а ты знаешь, что человек тоже хищник? — начал он издалека. — Да и по своей природе мы — охотники.

— Но ты ел ягоду и шишки! — изумилась берегиня. — Хищники и в рот не возьмут растительную пищу. Их желудки не способны ее переработать. Так же и травоядные, для них съесть кусочек мяса значит убить себя. Так устроена природа.

— Мы едим все, — пояснил Николай, морщась от ноющей боли в желудке. — Но наесться досыта можем только мясом.

— Ты и сейчас голоден? — осторожно покосилась на него Рябинушка.

— Очень, — шумно сглотнув, признался он. — Вокруг столько пищи, а мне постоянно приходится подавлять в себе голод.

— Странные вы существа — люди, — задумалась она. — Странные и жестокие. Мне матушка рассказывала, что вы даже друг друга убиваете. Что уж говорить о бедных зверушках. А тем более о мышках и паучках. А ведь каждая тварь жить хочет.

Рябинушка отвернулась от Николая. Она медленно провела пальцем по кленовому листочку. Затем немного сдавила его.