Мне казалось, будто я до сих пор заполнена до краев густым, горячим удовольствием Криса, его одержимостью, его страстью.
Я прислушивалась к этой странной боли, обжигающей, но в то же время сладкой, тягучей и вяжущей, напоминающей о том, что в ней была и моя вина, моё влечение, моё сумасшествие. Это была сама фантастическая ночь!
И тут я почувствовала, что Кристиан проснулся. Теперь у меня пылали не только щеки, но и кончики ушей. Я отвернулась.
Крис приподнялся на локте и осторожно другой рукой повернул к себе мою голову, погладил по щеке, заглядывая в глаза. Синий взгляд прожигал насквозь, и я не могла заставить себя отвернуться.
— Доброе утро, жена! — прошелестел его голос.
Я уставилась на него, не до конца осознав услышанное.
Он взял мою руку в свою ладонь и, сцепив их в замок поднял на уровень моих глаз.
На наших пальцах сияли обручальные кольца.
— Мы завершили ритуал, — шепнул он мне в ухо, нежно лизнув при этом мочку.
— Доброе, — мягко ответила я. И уточнила, проведя ладонью по его щеке:
— Мне никогда еще не признавались в любви ТАК.
— Надеюсь, ты не раскаиваешься в том, что произошло? — в голосе Криса мне почудилась напряжённость, и я поспешила его заверить:
— Ты был очень убедителен. Все было просто волшебно.
— Ну, так я же волшебник.
— Мой любимый волшебник.
— Скажи это еще раз.
— Я люблю тебя, Крис….
— Если ты не возражаешь, давай остановимся на этом подробнее, — он вовлёк меня в глубокий чувственный поцелуй.
Впервые за все время нашего с ним знакомства возражать я не собиралась.
Я пьян тобой, прости меня за это.
Я больше не могу без губ твоих.
Для нас одних бессонница рассвета
И мятость простыней для нас одних.
И рук нетерпеливые сплетенья,
И жаркий вздох во влажное плечо,
И по стене размазанные тени,
И свет в глазах, и тихое "ещё"…
Люблю дышать в растрёпанную чёлку,
Напиться поцелуя с губ твоих,
Ладонями укутать словно шёлком,
Не отнимая до рассвета их.
Люблю твой стон и вздох, и смех звенящий,
И нежность ласк, и тонких рук полёт.
Люблю тебя, мой кареглазый ангел,
Несносное чудовище моё.