Кристина Арноти - Отличный парень

«Мне до сих пор ничего не известно ни о вашей жизни… ни о вашей профессии…»

«У меня есть собственное дело. Я — хозяин похоронного бюро. У меня работают четырнадцать человек. Однако, когда кто-то особенно нуждается в моих услугах — а в основном это очень богатые люди, — я сам гримирую мертвецов».

Я сделала всего один, но поистине гигантский прыжок в сторону.

«Куда вы убегаете, дорогая?» — Он помчался вслед за мной. Ему показалось, что я убегала от него из-за избытка чувств. У края террасы я облокотилась на бетонный парапет. Я смотрела вниз, как неторопливо набегали на берег волны, чтобы разбиться на тысячи брызг у наших ног. Правой рукой он обнял меня за талию, не замечая, что меня колотила дрожь. От отвращения к нему.

Заплатить такой ценой за право зваться «фрау»? Нет, уж лучше до конца своих дней остаться «фрейлин». Старая дева — что тут плохого? И в этот момент я услышала, как гостиничный оркестр заиграл вальс «На прекрасном голубом Дунае» [2] Вальс Иоганна Штрауса-сына, 1867. .

«Случается, — произнес он, зажигая одну из своих толстенных сигар, — что меня зовут, когда клиент еще живой… Я должен посмотреть, как он выглядит при жизни. Часто смерть искажает черты лица. Можно сказать, что покойник делает все, чтобы похуже выглядеть. Вот когда он, уже в качестве мертвеца, попадает в мои руки, то уж поверьте мне, дорогая, усопший и в самом деле преображается. Побывав в моих руках, он выглядит намного лучше, чем живой… Вот это и есть настоящее искусство! Мое дело процветает. У тебя будет все: норковое манто, дорогая машина. Ты даже сможешь нанять прислугу. Со временем я научу тебя моему ремеслу».

— Не помня себя я побежала вдоль террасы. За моей спиной раздавались крики: «Дорогая, дорогая!» Нет уж! Пусть пробуют другие. Я закрылась в гостиничном номере. Мне пришлось предупредить телефонистку, чтобы она отвечала всем, кто будет звонить, что меня нет в номере. Специалиста, делавшего покойников красивыми, я больше не видела никогда… На мое счастье.

Резким движением она гасит в пепельнице сигарету.

— Старая история, но до сих пор у меня мурашки идут по коже. В то лето в Майами мне в самом деле крупно не повезло…

Роберт выслушал ее рассказ с каким-то странным чувством. Ему понятно такое состояние, как неприкаянность. Он и сам был неприкаянным.

— Подойдите поближе, — говорит Роберт. — То, что вы сейчас рассказали, — история довольно трагикомичная. Жизнь часто нас бьет. А некоторым вместо пряников достаются одни лишь тумаки.

Она подходит поближе.

— Не заразите меня ангиной. В эту зиму я часто болела простудой. Странно, что я перед вами так разговорилась. Когда живешь одна, то привыкаешь говорить сама с собой. В магазине, где я работаю, говорят только «здравствуйте» и «до свидания». После работы я ни с кем не хочу иметь дела. Была у меня подруга. В один прекрасный день я нечаянно услышала: «Эта бошиха». Так она называла меня за глаза. С тех пор я никого не хочу знать.

— Мне хочется увидеть ваши глаза…

Она смеется.

— Все не так страшно…

— Вы чувствуете себя не на своем месте…

— Не всегда, — отвечает она. — Конечно, я бы хотела выйти замуж, иметь свой дом, родить детей. Надоело ловить женихов. Вот три года назад я могла бы изменить свою жизнь.

— Три года назад?

— У вас горячие руки, — говорит Хельга. — Я переключу кондиционер, чтобы он не дул так сильно. Боюсь вас заморозить.

— Так что же произошло три года назад?

Хельга встает.

— Не стоит об этом говорить. Вам-то все равно. А мне будет больно.

— А вы поплачьте…

Она возмущается:

— Плакать? Ну уж нет. У меня краснеют глаза, когда я волнуюсь…

Она произнесла в раздумье:

— Ваша жена…

— Моя жена?

— Сколько ей лет?

— Двадцать.

— Очень молодая, — произносит Хельга, внезапно помрачнев.

И добавляет:

— Брюнетка?

— Блондинка.

— Крашеная?

— Нет, натуральная.

— Откуда вы знаете? Мужчине сколько угодно можно вешать лапшу на уши. Натуральная блондинка! Кто бы поверил!

— У меня есть доказательство.

— Какое?

— Моя теща дала мне прядь волос Анук. Она ее срезала, когда ее дочери было всего одиннадцать лет. Похоже, что теща это сделала для собственного успокоения. Однажды мы с Анук на ее глазах крепко повздорили. Теща отвела меня в сторону и сказала: «Поверьте мне, она вовсе не злая. В детстве она была послушной девочкой. К сожалению, детство кончается когда-нибудь. И девочки вырастают… Посмотрите на эту прядь волос… Потрогайте ее! Вы чувствуете, какие это мягкие волосы! Они срезаны много лет назад, но не утратили своего блеска. Наверное, такие волосы растут у ангелов. Проявите немного терпения… Совсем недавно она пережила сильное потрясение. Умоляю, не расспрашивайте ее ни о чем. Дайте мне слово».