Айрис Денбери - Рандеву в Лиссабоне

— Дженис, вы выглядите очень уставшей, наверное много работали?

— Конечно, было очень много дел, сами понимаете, но самое трудное уже позади и Эверард дал мне на завтра свободный день.

— Прекрасно. Завтра мы будем гулять вместе. Просто по городу или я покажу вам то, что вы сами захотите увидеть.

— Хорошо.

Она решила с ним не спорить. Хотела за оставшееся время насладиться еще немного этим красивым городом. Дженис отблагодарила Мануэла за красивый подарок. Леона тоже вернулась в Лиссабон, но этот факт как-то не особенно обрадовал Дженис.

Она поднялась к себе в комнату и тут же заметила на туалетном столике свой старый кожаный кошелек. Открыв его, она увидела внутри свои золотые часы, португальские деньги и несколько почтовых марок. Перед обедом она встретила Леону и потребовала от нее объяснений. Та, как всегда, ответила в легкой манере, на этот раз даже без вызова в голосе, что кошелек нашел один из водителей в ее машине.

— Но как он мог туда попасть? — настаивала Дженис.

— Наверное, ты выронила его, когда в ней переодевалась. Я же говорила тебе, что кошелек мог выпасть из твоей сумки.

Дженис просто задержала дыхание, чтобы не взорваться, настолько смешны были объяснения Леоны.

— Спасибо, рада, что наконец получила обратно свои часы.

В этот вечер Эверард вернулся очень поздно, и Дженис тут же рассказала ему историю своей встречи и дальнейшего наблюдения за Колумбано. Тот был крайне удивлен.

— Колумбано? — эхом повторил он. — Конечно! У него в душе были зависть и злость против меня. Я же хотел уволить его с работы. Он чувствовал это, особенно после того, как Клайв Диксон предупредил его, что он должен быть осторожным. Что он мог сделать в обмен на большую сумму денег? Он игрок, постоянно проигрывает, а его зарплата никак не позволяет ему играть в казино, вот ему и приходится искать другие пути заработка. У кого-то берет взятки за дачу информации, у кого-то — комиссионные… Послушайте! — внезапно воскликнул Эверард. — Теперь я понял. Пожар в гостинице «Кастелло» начался именно в нашем номере, том самом, что я заказал для нас. Колумбано не мог знать, что я изменил дату нашего приезда. Карвалью настаивали на том, чтобы мы оставались в их доме два-три дня. Это устраивало администрацию гостиницы, которая предупредила меня, что комнаты не полностью готовы после ремонта. Но Колумбано подумал, что мы уже там остановились, и привел свой план в исполнение.

— Вы думаете, что у него были намерения нас убить?

— Сомневаюсь, что он этого хотел, но надеялся доставить мне большие неприятности, если бы сгорела вся документация по строительству. Есть кое-что еще. Некоторое время назад я обнаружил, что документы, касающиеся страховки по реконструируемой гостинице, не были продлены вовремя. В этом был виноват Колумбано — может быть, он растратил предыдущую сумму страховки или как-то использовал эти деньги. В любом случае если в этот период времени случается пожар, взрыв или наводнение, то мы не смогли бы ничего получить от страховой компании, если бы документы не были продлены.

— Еще несколько черных шаров против нашей компании, — прокомментировала Дженис.

— И огромная дыра в доходах.

— Не могу понять, что он делал в доме Карвалью, — сказала Дженис.

— У него был контакт с кем-то из обслуги дома, но Колумбано перепутал даты и, видимо, решил, что кто-то его подставил.

— Вы не задумывались, кто действительно выигрывал в этой ситуации? Колумбано получал свои деньги в любом случае, как исполнитель, но тот, другой человек, который заплатил ему у меня на глазах, он-то что от этого имел?

— Может быть, иная форма игры. Когда-то теряешь, когда-то находишь. — Уитни зажег сигару и тяжело вздохнул. — Хватит этой головной боли. Завтра мы с вами берем выходной день.

— Значит, вы не передумали?

Он засмеялся:

— Нет, не передумал, мы проведем этот день вместе в Синтре или в Келузе. Большинство туристов уже разъехалось, и там стало совсем спокойно.

Дженис даже глаза закрыла от огорчения. Почему он не предложил ей этого раньше, до того, как она договорилась с Мануэлом? Она тут же подумала, что Мануэл поймет ее, если она скажет ему, что занята, и объяснит, как ограниченно время у Эверарда.

— Прекрасно, я еще не была в этих местах.

— Мы уедем пораньше, чтобы нас никто и ничто не задержало — ни телефонный звонок, ни телеграмма.

И именно в этот момент внезапно появился Мануэл, так что у Дженис не было возможности его предупредить. Он тут же обратился к Эверарду со словами: