Дикси Браунинг - Одиночество не для них

Делать массаж Жасмин действительно умела.

- Неплохо, - пробормотал он, когда она начала ввинчивать кончики пальцев ему в позвоночник.

Голову он склонил набок, глаза закрыл. Руки лежали ладонями на земле, словно он готов был вскочить с места при первом признаке.., чего?

Разминая пальцы, Жасмин любовалась простертым перед ней мужским телом. Что за великолепная фигура! Широкие плечи, крепкий стан, несколько интригующих шрамов. Жасмин глубоко вздохнула и снова принялась за работу: поколачивала мощную спину ребрами ладоней, разминала большими пальцами, гладила и похлопывала.

Он разогревался от ее прикосновений. Движения Жасмин замедлились. Кожа у Лайона была теплая, шелковистая, чуть влажная. От него шел мускусный запах, запах сырой земли и прелых листьев. Какие у него красивые руки, думала Жасмин. Широкие сильные ладони, длинные и гибкие пальцы. Темные шелковистые волоски на тыльной стороне кистей.

- Жасмин! - хрипловато окликнул он.

- М-м?

- Ты там не заснула?

Да нет, скорее грезила наяву. Жасмин вздрогнула и поспешно продолжила массаж. Лайон вздохнул и застонал, но глаз не открыл.

И на том спасибо. Может, зря она затеяла эту процедуру?

Когда солнце скрылось за верхушками деревьев, Жасмин сняла белье с веревки и храбро объявила, что на сегодняшнюю ночь и спальник, и палатку предоставляет Лайону.

Он даже возразить не потрудился. Просто перевел разговор на другое, поинтересовавшись, не хочет ли Жасмин разжечь костер и подогреть ужин.

- С удовольствием. Но должна предупредить: разводить огонь я буду второй раз в жизни. Первый раз это было лет двадцать назад. Решила сделать маме сюрприз - поджарить хот-доги в камине. В результате, когда мама пришла с работы, дом был весь в дыму, а остатки сосисок разлетелись по ковру.

Она улыбнулась, и он улыбнулся в ответ краткий и прекрасный миг полного взаимопонимания.

- Ковра здесь нет, а вот если лесной пожар устроишь, я тебе спасибо не скажу, - предостерег он. - Возьми горсть листьев, набери несколько веток, щепок и достань из поленницы три полена поменьше. Я объясню, что делать дальше.

И он снова устроился на пне. Как король на троне, подумала Жасмин. Отсюда он правит своим маленьким королевством.

Жасмин надеялась, что массаж пошел ему на пользу. Хотя, если Лайону и стало лучше, он в этом не признается. Он вообще терпеть не может что-то сообщать о себе - это она уже давно поняла. О своем лос-анжелесском водопроводчике она знала больше, чем о человеке, с которым провела уже три ночи!

Нет, не так, поправила она себя. Лучше сказать: рядом с ним. Бок о бок, но не более.

С третьей попытки над кострищем взметнулись веселые язычки пламени. Отойдя назад, Жасмин любовалась плодами своего труда, пока Лайон не предложил ей открыть и подогреть чили.

- Старовата я уже для походной романтики, проворчала Жасмин, наклоняясь над все уменьшающимися запасами пищи.

Лайон не ответил. Обернувшись, она обнаружила, что он странным взглядом уставился ей в спину. Наверно, удивляется, какой толстой я выгляжу в этих тряпках, подумала Жасмин.

Она вздрогнула.

- Солнце заходит, и становится холоднее.

- Чего же ты хочешь - февраль. Будем надеяться, что дождя не будет.

- Молчи, накаркаешь! Пока что, слава богу, на небе ни облачка.

В самом деле, небо было ясным. Лишь на западе таяла в розовых солнечных лучах легкая перистая дымка, похожая на прозрачный шифон.

Горячий чили вкуснее холодного. Однако Жасмин начала уставать и от того и от другого. К сожалению, выбора у нее не было.

Поужинали горячим чили и черствыми крекерами. Лайон восседал на своем пне, Жасмин - на пенопластовом матрасике. За ужином болтали о том о сем. Точнее, болтала Жасмин, а Лайон изредка что-то ворчал себе под нос.

Чем больше узнавала его Жасмин, тем сильнее он ее интриговал - и не тем, что говорил о себе, а тем, о чем умалчивал. Она чувствовала, что под маской угрюмого и грубоватого лесного отшельника скрывается что-то иное, о чем, быть может, лучше не знать.

А запретный плод сладок, и лучший способ возбудить любопытство женщины намекнуть, что о чем-то ей знать не полагается.

Жасмин не терпелось взяться за перо. Описать этого человека в угрюмо-величественной обстановке, так ему подходящей, поведать миру историю их знакомства... Что за рассказ получится! Да нет, бери выше - что за сценарий!

Отставив тарелку (тарелка у Лайона была только одна, и ее он предложил Жасмин, а сам ел из банки), она откинулась назад и, опершись на локти, подняла взор к вершинам деревьев. Перед ее внутренним взором уже маячили очертания сюжета. Герой будет похож на Лайона, а героиня - вылитая...