Тамара Перова - Желтый бриллиант

— Ой, Татьяночка Петровна приехали! Выздоровели, слава тебе Господи! Ужин-то уже готов. Сейчас Сема подойдет, и будем кушать.

Татьяна Петровна непроизвольно высоко вздернула бровями. Это — явно что-то новенькое.

— А где все остальные члены семьи?

Раечка покраснела.

— Так ведь Анна Семеновна уже поужинали, Милочку покормили, и Ната — с ними. Василий Николаевич — на Северах.

— Об этом я в курсе. А где Валентина Васильевна?

Раечка опять покраснела.

— Так она, того, отказалась жить в «барских хоромах» и питаться «господскими харчами». Она живет в доме для прислуги, в квартирке Кротова. Спаси нас Господи, от грехов его! Как мы ее уговаривали, все уговаривали: и Василий, и Анна Семеновна, и Семен Иванович. «Нет, — говорит, — я не барыня, а чужого мне не надо, не то, что некоторым. Я ради детей и внуков страдание несу!»

По большому холлу, маленькой гостиной, столовой проплыла мощная волна запаха смеси мазута, бензина, морозного воздуха и мужского пота.

— Здравствуйте всем! Татьяна Петровна — особое почтение!

— Семен Иванович, извольте за стол, — буквально зачирикала Реечка. — Вам бифштекс или куриную котлетку с овощами?

— Мяса, вернее, бифштекс и картошечки жареной. Квашеную капусту из Загорянска привезли?

— Да, вчера еще! Хороша капусточка!

— То-то, будете знать, как капусту квасить.

Из холодильника выплыла бутылка «беленькой». Довольный Семен Иванович скомандовал:

— Одну рюмку, и хватит!

Семен раскраснелся, не выходя из-за стола, стянул с себя давно не стираный свитер, потянулся.

Раечка на лету подхватила свитер, бережно свернула и положила на розовый кожаный диван.

Семен хлопнул себя ладонью по лбу.

— Ба… так у нас гости, вернее хозяйка прибыла! Рая — хрустальный бокал на стол!

Татьяна Петровна безмолвно съела кусочек куриной котлеты на пару, впрочем, жестоко пересоленной.

— Рая, травяной отвар готов?

— Ой-ой, простите ради Бога, ну совсем забыла!

— Тогда заварите белый чай и немного кураги.

— Семен Иванович, через 15 минут я жду Вас в маленькой гостиной с отчетом.

Татьяна Петровна встала и поднялась в свои апартаменты. Из комнаты она позвонила Ане.

— Анечка, можно зайти, посмотреть на внучку? И еще поговорить необходимо, желательно сегодня.

Милочка спала, раскидав по кружевной подушечке рыже-золотистые волосы. На спящих детей долго не смотрят, примета такая русская. Мила была ангел. От восторга у Татьяны Петровны закололо сердце.

— Анечка, поздравляю, я очень рада. Подарки — чуть позже. А теперь пройдем в мой кабинет.

— Татьяна Петровна, Вы знаете…

— Да, — прервала невестку свекровь. — А чего не знаю, так уже догадалась.

— Что с мамой, она серьезно больна или?..

У Ани на глазах появились слезы.

— Понимаете, Татьяна Петровна, тут все сразу на нее навалилось! Она, действительно, не умеет жить по-другому, а тут еще повариха Ваша, как бронетанк поперла, простите, на отца. Ноги у мамы плохие, лечить надо срочно. Это я как врач говорю, а мама лежит в этой омерзительной халупе, не ест, не пьет, только плачет! Она так умрет!

Зрелище было печальное. Жилище Кротова после обысков выглядело как после землетрясения. Оконные рамы плохо закрывались, это в морозном ветреном феврале. Местами развороченный пол. Тогда искали и нашли большое количество наркотиков. Ободранные обои, одна лампочка в разбитой люстре.

— Валентина Васильевна, где Вы еду берете?

— Да мне с рабочей кухни приносят, что у них остается. Аньке таскать из барской кухни я не велю.

У Ани потекли слезы.

Татьяна Петровна присела на кончик стула. В помещении было действительно холодно.

— Итак, любезная Валентина Ивановна, или Вы сейчас же переезжаете в апартаменты на третьем этаже, где все давно готово для нормальной жизни, и к вам сегодня же приедет дежурный врач из местной поликлиники.

— Мама, я говорила тебе, там очень хорошие врачи, — продолжала плакать Аня.

— Или, — продолжала Татьяна Петровна, — Вы и ваш супруг сегодня, несмотря на ночь, покинете этот особняк и устраивайтесь, как хотите. Денег на первое время, безвозмездно, то есть возвращать не надо, я дам. Тысяч двести, думаю, хватит. Аня, обсудите все с мамой. Вам в этом помещении находиться более пяти минут нельзя. Пойду в маленькую гостиную — беседовать с Семеном Ивановичем.

Прошло два месяца. Солнышко потеплело. Главная забота управляющего домохозяйством на улице Березовая аллея — контроль и борьба с сосульками и подтаявшими за день и замерзающими к вечеру дорожками. Семен Иванович, заботливый внимательный хозяйственник, крепко держит в своих руках вверенное ему хозяйство. Да и хозяйство — практически его. Как тут поймешь: дочь — совладелица, вместе с мужем, всего этого царства, внучка Мила — любимица зятя. А зятя есть за что уважать! Ходят слухи, что дочь не против произвести еще одно чудо… Хорошо бы, мальчика. Но это пока разговоры досужих горничных.