Пол Райзин - Водка + мартини

Как бы то ни было, старый фрейдист оказался теткой, но от бороды в мыслях о ней я уже никак не мог избавиться. Прилипла — и все. Ее настоящее имя — Августа Так, и это вся информация, которую мне положено о ней знать, если не считать некоторых моих собственных догадок, пришедших мне в голову, когда я разглядывал решетку ее сада, прихожую ее дома и приемную. Конечно, мне очень любопытно, существует ли на свете мистер Так. Да, конечно, существует, и он, должно быть, англичанин, потому что она типично европейская дама — но я уверен, что она откажется отвечать на любой вопрос личного характера («Зачем вы спрашиваете?»), поэтому я и не спрашиваю. Прозвище ее, вместе с некоторыми другими пунктами личного характера, я предпочитаю ей не открывать. Поскольку я отстегиваю ей сорок фунтов за каждый сеанс, я полагаю, что у меня есть некоторое право на кое-какие секреты.

Рассказываю я ей главным образом свои сны. И мы состязаемся с ней в демонстрации хорошего вкуса, вдвоем подвергая их подробнейшему разбору, — еще бы, это вам не кроссворды разгадывать. Скажем, сон про деревенскую улочку, который распадается сразу на три проблемы (секс вообще и с какой именно из двух женщин переспать). Сон про протекающий радиатор (сексуальные страхи относительно проблем с мочеполовой системой). Сон про то, как я и Хилари спускаемся вниз по шаткой детской горке (вы когда-нибудь слыхали более оригинальную интерпретацию словосочетания «шаткий спуск» — оказывается, тут игра слов, которая обозначает половой акт? Шаткий спуск. Ничего себе, да?).

Иногда, когда мне совсем ничего не снится, я рассказываю ей чужие сны. На днях Маус видел хороший сон. Ему снилось, что ему выдали его налоговую декларацию в Департаменте по налогам и сборам, где было указано, что он заработал восемьдесят восемь тысяч фунтов стерлингов. Маус сейчас работает в страховой компании, и его зарплата куда меньше, тут и говорить нечего. Но что означает восемьдесят восемь тысяч? Почему не девяносто или, скажем, восемьдесят пять тысяч? Впрочем, восемьдесят восемь — это двойная восьмерка. Две восьмерки-близняшки. Это означает ни больше ни меньше как тревогу Мауса о том, что он не зарабатывает достаточно, чтобы окупить то, что съели его близнецы.

Итак, что я узнал нового, с тех пор как стал посещать Бородатую Даму?

1. Что наше подсознание переполнено убойными головоломками и игрой слов. То есть тот, кто пишет сценарии наших снов, наверняка когда-то работал в газете «Дейли миррор».

2. Что меня тревожат мои проблемы на работе — а это я и так знал без нее. А кого это не тревожит?

3. Что меня беспокоят отношения с женщинами. Тут можно сказать то же самое.

4. Что, пока я лежу у нее на кушетке, я ни разу не ощутил желания закурить. Мое подсознание — подсознание некурящего человека.

— Она сказала, что припозднилась. — То есть Ясмин.

— Она именно это сказала? То есть именно эти слова вы вложили ей в уста?

— Мне кажется, она сказала: «Майкл, я припозднилась». И меня это, повторяю, очень удивило, поскольку я пытался представить себе, что она говорит нечто совершенно иное.

— «Это всего лишь телевизор»?

— Да, «это всего лишь телевизор». Ну, есть такое избитое выражение.

— «Майкл, я припозднилась». Вы считаете, что это значит…

— Я хочу сказать, что я с ней почти ни разу не разговаривал. Один раз только спросил у нее, как переименовать файл. И еще раз просто попросил у нее сигарету. А мне вовсе не нужна была сигарета, потому что в сумке у меня была целая пачка.

— Она вам нравится…

— У нее такие привлекательные выпуклые веки. И римский орлиный нос. Продолговатое лицо, напоминающее лань. Она очень тоненькая. Как стройная лошадь. Или борзая собака. В целом она слегка похожа… в ней есть что-то от колдуньи. Или монахини.

— Эти слова — «я опоздала», вы считаете, что они означают…

— Они означают, что она, возможно, беременна. Ждет ребенка.

— А отец? В этом видении отец ребенка… кто, как вы думаете?

— Ну… я думаю, это, должно быть, мог бы быть я.

Молчание. Где-то в доме хлопает дверь. Мистер Так? Пауза. Раз. Два. Три. Пять сотен фунтов на то, какой будет следующая реплика.

— Ну и что вы сами думаете обо всем этом?

— Ну, знаете, тут происходит что-то странное. Понимаете, мне кажется, что мне было даже очень приятно.

Я встречаюсь с Бородатой Дамой в понедельник в девять часов утра в Уэст-Хэмпстед. Если я выйду от нее в девять пятьдесят и направлюсь в сторону Уэстуэй, то могу успеть на работу на Шеппердс-Буш-Грин около четверти одиннадцатого.