Роберта Хиккетс - Вкус яблока

Но на сей раз они наконец увидятся и поговорят. Он заглянет в ее бездонные как небо глаза, услышит милый южный говорок ч...

О, черт! Какой же он осел! На адские муки обрекает себя ради какого-то мальчишки, который к тому же его терпеть не может! А что ждет его, Гарда? Вернется домой и тут же окунется в омут воспоминаний! Они станут преследовать его день и ночь. Нет, нужно бежать отсюда! И чем скорее, тем лучше.

Поздно... На стоянку вырулил шикарный автомобиль. Мальчишка встал из-за стола и направился к выходу.

- Эй, Алан! - окликнул его воспитатель. - Скажи своей маме, что я хочу поговорить с ней.

- Сами скажите! - пробормотал он сквозь зубы, но просьбу все же выполнил.

Не прошло и секунды, как Мэйбл выключила двигатель и вышла из машины. Выражения глаз не видно - их скрывают солнечные очки. Впрочем, догадаться нетрудно - взвинчена до предела: плотно сжатые губы, вздернутый подбородок...

Гард подождал, пока она подойдет поближе, - не хотел, чтобы Алан услышал их разговор.

- Добрый день, миссис Роллинс!

Не по имени же к ней обращаться, когда кругом столько народа.

- Значит, миссис Роллинс? - тихо проговорила женщина, снимая очки. Если думаешь, что и я буду называть тебя лейтенант Брустер, спешу разочаровать!

- Неудивительно. Уж чего-чего, а разочарований, связанных с тобой, мне всегда хватало.

Вздрогнув, женщина застыла на месте. Ну зачем он с ней так, запоздало укорил себя Гард. К чему ворошить прошлое? Как говорится, кто старое помянет, тому глаз вон.

И наставник перешел прямо к делу.

- Я хотел бы поговорить с тобой об Алане. Мы с ним никак не сработаемся.

- Вот как? Он говорит, что ты к нему придираешься, - бесстрастным тоном произнесла мать.

Гард едва не вспылил, но, заставив себя сдержаться, бросил:

- Извини, что задержал. Я попрошу начальство перевести Алана в другую группу.

Он круто развернулся, чтобы уйти, но не успел - маленькая теплая ладонь легла на его плечо. Словно огнем опалило - ни шелохнуться, ни двинуться...

- Я же не сказала, что поверила ему, Гард, - заметила Мэйбл, снимая руку.

Он медленно обернулся и взглянул на нее. Милое лицо, невинные глазки... Такие уж невинные? Когда-то он уже жестоко обманулся, решив, что Мэйбл наивная, чистая девочка. А она поиграла с ним и бросила. Вышвырнула, как выкидывают надоевшую игрушку. И сейчас вполне способна проделать такой же фокус. Если ему хватит ума ей позволить.

- У него в школе все в порядке? - хмуро спросил он.

Мэйбл кивнула.

- Да. Успевает по всем предметам. По поведению удовлетворительные отметки. И с ребятами дружит.

- А дома как себя ведет?

- После того, что с ним случилось, он часто бывает раздраженным. Что правда, то правда. Вот, пожалуй, и все. - Сунула руки в карманы и прислонилась к низкой стене. - Сын терпеть не может ездить сюда. Обычно по субботам он играл с дедушкой в гольф, а воскресенье проводил с моими родителями. Теперь все изменилось...

Мимо прошел адвокат из военной прокуратуры. Он тоже, как и Гард, работал с трудными подростками. Лейтенант подождал, пока тот пройдет, и тихо спросил:

- Что ты ему рассказала обо мне?

Женщина вспыхнула. А с румянцем на щеках она еще красивее, подумал Гард. Какая-то трогательная и беззащитная.

- Только то, что мы с тобой давно знакомы, - дрогнувшим голосом проговорила она. - Что когда-то были друзьями.

- Друзьями? - ехидно переспросил он. Вот уж что их никогда не связывало, так это дружба. Все было - непреодолимая тяга друг к другу, безудержная страсть. И любовь... Его безответная любовь...

Но Мэйбл не обратила внимания на его сарказм. Подумала и тихонько сказала:

- Может быть, в этом все дело...

Она хотела что-то добавить, но не успела - подошла какая-то женщина и бесцеремонно взяла Гарда под руку. Мэйбл вспомнила, что видела ее в полицейском участке, когда арестовали сына. Тогда незнакомка показалась ей ослепительно красивой.

- Не помешаю? - улыбнулась она.

Вблизи эта особа оказалась еще очаровательнее, чем при первой встрече, но Мэйбл красотка сразу не понравилась.

- Это мать Алана, - представил ее Гард.

Значит, мать Алана, печально улыбнулась она. Когда-то он называл ее милая, любимая, а когда занимались любовью - малыш. Теперь даже имени ее произнести не хочет...

- Меня зовут Барбара Энджерс. Работаю в отделе общественных связей.

- Мэйбл Роллинс.

Руку эта дама ей не протянула - ведь тогда пришлось бы отцепляться от Гарда. Ладно, обойдемся без рукопожатий, раздраженно подумала Мэйбл, не очень-то и хотелось.