Виктория Холт - Черный лебедь

- Нет, Белинда. Ты просто-напросто двоемужница, а это противозаконно.

- Я не вернусь. Я - жена Бобби.

- Послушай, Белинда, от правды никуда не скроешься. Только что ты рассказала мне о том, что вышла замуж за этого человека в Австралии задолго до того, как впервые увидела Бобби. Таким образом, Бобби вовсе не твой муж. Это истинная правда. Если мы хотим найти какое-то решение, не стоит отгораживаться от фактов или делать вид, что их не существует.

Расскажи мне подробно, что произошло.

- После смерти Тома я хотела уехать оттуда. Все было неплохо, пока рудник процветал и мы ездили в Мельбурн. Мне это нравилось. Мы оставались там на недельку, Том занимался делами, а мы с мамой ходили в гости и развлекались. Но потом дела пришли в упадок, Том заболел, и мы постоянно торчали в этом ужасном городке золотоискателей. Заняться там было нечем.., ну, тут и появился Генри, который тогда очень заинтересовал меня. Мне было всего шестнадцать, и Генри сказал, что мы можем пожениться потихоньку.

Так мы и сделали. Матери я ничего не сказала. Она хотела, чтобы я поехала в Англию и сделала себе удачную партию. Я воспитывалась как дочь Лэнсдона, и мама мечтала о такой жизни для меня, как если бы я на самом деле была дочерью Бенедикта Лэнсдона.

Поэтому я ей ничего не рассказала. Мне не хотелось расстраивать ее, потому что она была больна. Все было так ужасно, мне нужно было что-то сделать, и в то время это показалось мне хорошим выходом.

- Теперь понятно, как все произошло, - сказала я. - Но вопрос в том, что делать сейчас.

Белинда беспомощно взглянула на меня.

- Я думаю, ты должна рассказать Бобби, - продолжала я.

- Но я не могу.

- Это касается его.

- Я понимаю. Но я не могу рассказать ему. Он такой милый. Он так счастлив.., и что же теперь будет с ребенком?

- Ax, Белинда, ну и влипла ты! - сказала я.

- Я думала, ты что-нибудь предложишь.

- Почему я?

- Ну, ты спокойная, рассудительная и все такое прочее. Ты бы никогда не попала в такую передрягу, как я. Я надеялась, что ты сможешь найти выход.

- Насколько я понимаю, есть только два выхода.

- Какие?

- Ты возвращаешься в Австралию с Генри Фарреллом в качестве его жены, поскольку по закону он является твоим мужем...

- Об этом не может быть и речи. Какой второй выход?

- Ты все объясняешь Бобби. Брак с Генри Фарреллом расторгается, и ты вновь выходишь за Бобби'.

Белинда глубоко вздохнула.

- Это лучше, - сказала она. - Нам нужно так и поступить. Мы должны это сделать.

- Однако ты забыла, что для этого понадобится согласие Генри Фаррелла.

Ее лицо помрачнело.

- Он.., он меня не отпустит. Он уже сказал об этом. Он сказал, что любит меня и хочет, чтобы я вернулась.

- Но он ведь отпустил тебя. Раньше он был готов расстаться с тобой - Я знаю. Видишь ли, мы ужасно ссорились.

Я почти сразу поняла, какую ошибку совершила.

- И дала понять ему это!

- Он впадал в настоящий гнев. Иногда я думала, что он убьет меня, и очень боялась. И все это приходилось держать в тайне, потому что я не хотела, чтобы об этом узнала моя мать. У нас никогда не было общего дома. По сути дела, это трудно назвать настоящим браком.

- Ах, Белинда, как ты могла оказаться такой беспомощной?

- Потому что я Дура. Ты же знаешь, я всегда сначала действую, а потом начинаю думать.

Я кивнула.

- Что же мне теперь делать?

- Ты действительно любишь Бобби?

- С каждым днем все больше. Мне нравится быть рядом с ним, а он считает, что я удивительная.

- К тому же приятно быть леди Денвер, правда?

- В общем-то, да, - ответила Белинда.

- Это звучит лучше, чем миссис Фаррелл, которой, видимо, ты и являешься?

- Дело не только в этом. Если бы ты увидела Генри, то сразу поняла бы, почему я хочу быть с Бобби.

- Неужели ты не сознавала... Ах, что толку возвращаться к этому! Главное, что ты теперь собираешься делать? И чем, по-твоему, я могу помочь?

- Генри сейчас в Лондоне. Если бы кто-нибудь поговорил с ним...

- Например, ты? - предложила я.

Она покачала головой.

- Нет, при мне он просто сходит с ума. Мне кажется, что он в одно и то же время и любит меня, и ненавидит. Он знает, что я собой представляю. Он не поверит мне... И к тому же, мне кажется, он презирает себя за любовь ко мне. Ты, всегда такая хладнокровная и рассудительная, и не можешь этого понять...

- О нет, могу. Я знаю, какой ты бываешь, и, тем не менее, продолжаю любить тебя. За свою жизнь ты натворила много ужасного, Белинда. Вспомни Патрика и Ребекку.., и все-таки они простили тебя, не знаю, почему. Так что чувства Генри Фаррелла мне понятны.