Эйлин Гудж - Чужие страсти

При этой мысли внутри у нее неприятно кольнуло.

Что же касается ее личной популярности, то, если в городском обществе Лайла была своего рода парией, здесь, в Стоун-Харборе, она вызывала что-то вроде любопытства. Когда спустя какое-то время утихли первые сплетни, местная публика так и не определилась, как к ней относиться. Сталкиваясь с людьми во время покупок или при выполнении разных хозяйственных дел, она видела в их глазах смущение. Неужели это та самая богатая стерва, которую в свое время так поносила пресса? А где же все ее меха, драгоценности, тряпки от лучших дизайнеров? Она чувствовала, что жители городка не могут взять в толк, как человек из ее круга может пойти работать домоправительницей. Причем домоправительницей Абигейл Армстронг. Но те, кому довелось узнать ее поближе, — например, Грейс Стеховски из «Л’Эписери» или Джон Кармайн из рыбного магазина, которые и сегодня тепло поздоровались с ней, — относились к Лайле точно так же, как к любому другому человеку. Да и Барб Хаггинс, к которой она заходила в туристическое агентство, тоже вела себя дружелюбно и, отойдя от правил, обещала перезвонить ей, как только босс примет решение относительно заполнения временной вакансии, о которой они с ней говорили.

Сейчас, кружась в толпе, знакомясь с людьми, с которыми она раньше не встречалась, и непринужденно болтая со знакомыми, Лайла чувствовала, что имеет не меньше прав находиться здесь, чем кто-либо другой. В конце концов она призналась себе, что это было приятное чувство — размять свои атрофировавшиеся социальные мышцы, одновременно давая отдохнуть старым призрачным страхам. Здесь ей не нужно было строить из себя кого-то другого… или извиняться за дурные поступки своего мужа. Она могла быть просто самой собой: хотите — принимайте, хотите — нет.

Это был ее первый выход в общество после переезда сюда, если не считать, что в городе она иногда ходила в кино или забегала куда-нибудь перекусить. И она также впервые была в яхт-клубе. Бродя вокруг и заглядывая в разные общедоступные помещения, Лайла была захвачена видом на гавань, который открывался из окон одной небольшой гостиной рядом с банкетным залом. Клуб располагался в месте, где река делала крутой изгиб, так что здание с трех сторон было окружено водой. Стоя у окна, высоко над заснеженной наклонной лужайкой, уходившей прямо к пристани для яхт, Лайла представляла, что находится на борту корабля, готового к отплытию. Пристань внизу выглядела пустынной, и только высокие мачты раскачивались на ветру, словно макушки деревьев в лишенном листвы лесу. Вдали по реке плыли уносимые невидимым темным течением льдины, похожие на бледные привидения, и натужно пыхтел буксир, оставляя за собой светящийся пенный след.

— Красиво, не так ли?

При звуке знакомого голоса Лайла резко обернулась. Когда она заходила сюда, в комнате никого не было. Должно быть, Кент проскользнул внутрь, пока она любовалась видом из окна. Теперь он стоял рядом с ней, держал в руке бокал и выглядел в своем костюме и галстуке более официально, чем она привыкла его видеть. К тому же он был красив; мягкие седеющие волосы прекрасно гармонировали с его серыми глазами. Она вспомнила о предупреждении, которое сегодня сделал ей брат, и почувствовала, как внутри разливается тепло.

— Очаровательное место, — согласилась Лайла.

— Но с воды смотрится еще лучше, — сказал он.

Она знала, что Кент чувствовал себя более счастливым за рулем своей лодки, чем во всяких изысканных клубах или на всевозможных приемах.

— Ты, должно быть, ждешь не дождешься, когда уже потеплеет, — заметила она.

Он приподнял свой бокал с виски, словно молчаливый тост за богов — покровителей хорошей для парусников погоды.

— Я думал в этом году отправиться на юг. Возможно, пройти под парусом вдоль побережья Флориды. Порыбачить.

— Не знала, что ты любишь ловить рыбу, — сказала она.

— Я и не люблю, но, наверное, пришла пора освоить и это ремесло. С другой стороны, недаром же говорят, что старого пса нельзя научить новым трюкам. Думаю, что в этом смысле я весьма предсказуем. А если точнее, то до скуки предсказуем.

— Ты? Ну, это вряд ли. — Лайла весело фыркнула.

— Тебе нужно почаще выбираться из дому. А то ты уже начинаешь думать, как и я. — Рот Кента скривился в улыбке, которая почему-то не отразилась в его глазах.

— Ты прав, нужно. Но, к сожалению, у меня сейчас не так много свободного времени.

Лайла произнесла это небрежным тоном, чтобы Кент не подумал, что она жалуется. На самом деле она не чувствовала себя такой уж несчастной на своей работе. Она даже находила какое-то извращенное удовольствие в том, что в конце тяжелого рабочего дня у нее ныли все мышцы. Лайла также гордилась тем, какой она стала изобретательной. Накануне, когда ей удалось без помощи Карима починить заедавшую ручку на двери в туалет, Лайла, мысленно ухмыльнувшись, подумала, что, наступи конец света, она бы вряд ли воспользовалась знанием о том, какие канапе нужно подавать гостям или какое вечернее платье следует надеть на официальный прием, а вот ее умение справляться с разными бытовыми проблемами могло бы оказаться весьма кстати.