Максим Исаев - Оживление

Я вынырнул на поверхность и открыл глаза. Звонок повторился. Вот черт, кто это приперся в такой неподходящий момент! Неужели тете Рае опять приспичило смерить давление? Я выключил воду и встал в ванне, чтобы вода с меня немного стекла. Звонок настойчиво повторялся. Обмотав вокруг пояса полотенце, я зашлепал по ледяному полу к двери.

- Кто там? - я уставился в глазок, ожидая увидеть тетю Раю. - Откройте, милиция! - за дверью стояли два милиционера в бронежилетах и с автоматами.

"Неужели опять не сработала сигнализация?" - подумал я. С этой сигнализацией сплошное беспокойство. То скорее ее надо ставить, то быстрее снимать, а она еще по несколько раз в месяц не срабатывает, приезжает наряд, потом плати деньги за ложный вызов. Может, плюнуть и отказаться от этой охраны? Воровать-то особенно нечего...

- Подождите минуту, сейчас открою, - отвечаю я и бегу натягивать джинсы на мокрое тело. В ванне так тепло, хорошо, а в коридоре сквозняк и еще эти морозные милиционеры с автоматами. Надо еще паспорт найти, а то они без паспорта не успокоятся. Паспорт был в кармане куртки.

- Проходите пожалуйста, опять сигнализация не сработала? - виновато спросил я, стуча зубами от холода. Так ведь можно и простудиться. - Что-то вы на этот раз поздно приехали, прошло уже, наверное, часа полтора, как я дома.

Милиционер молча рассматривал мой паспорт, потом сказал второму:

- Ну, Коль, зови Романова. Этот действительно здесь не прописан. А вы, гражданин, что тут делаете в чужой квартире? - и он стал постукивать моим паспортом по своей ладони.

Действительно, в этой квартире я не прописан, поскольку живу у жены, но и жена тут тоже не прописана, она прописана в другой квартире, на Сретенке, а мы с ней живем здесь в квартире тетки ее первого мужа, которая со Сретенки сюда переселяться не хочет. Жалко все-таки старушку - привыкла к старому месту. Все это в двух словах я попытался объяснить милиционеру. Он недоверчиво посмотрел на мою прописку. Я должен был сейчас быть на улице Тухачевского.

- Коль, ну где там твой Романов, зови его сюда, а то тут какой-то бомж выступает.

Какой еще Романов, подумал я, лучше бы нашли мою жену. Наконец, я услышал звук открывающейся наружней двери, и в коридор вразвалку вошел ... мой подземный двойник. Вот это номер! Значит, им просто нужна была моя, то есть, не моя, но моей родственницы, квартира! И ничего им не скажешь! А куда же они дели бедную старушку?

На двойнике был расстегнутый плащ, дорогой костюм-тройка, галстук, пышные усы (когда он их успел отрастить, или просто наклеил) и запах одеколона. Он мельком глянул на меня, потом обратился к главному милиционеру и стал с благодарностью трясти его руку.

- Спасибо вам, дорогой товарищ майор (майор был на самом деле капитан), я вам так благодарен, а то вы представляете мои чувства - поднимаюсь по своей родной лестнице в свою родную квартиру, и вижу там - горит свет, в ванне льется вода, и какой-то тип с закрытыми глазами лежит под водой, пускает пузыри и мычит что-то!

- Не волнуйтесь, господин Романов, ваши документы в порядке, вы ведь здесь прописаны, а этого придурка мы сейчас заберем с собой.

Второй милиционер пересчитывал пачку денег. Усатый двойник посмотрел на меня с усмешкой. Как я попался, как я попался! И когда это он успел здесь прописаться, ведь еще дня три назад он был на Ваганьковском кладбище! Видимо, у них везде свои люди. Теперь я понимаю, почему здесь не было ни жены, ни мебели, этот гад уже скоро привезет все свое, или вначале переломает все стены и построит себе новые.

- Давай, друг, вытирайся, и пошли, - милиционер шагнул в большую комнату и принялся изучать голые стены и потолки. Второй продолжал пересчитывать деньги. С мокрой головой на такой холод! Вот гады! Я кое-как вытерся и оделся. Паспорт по-прежнему оставался у "майора". И вот торжественный момент - в сопровождении двух конвоиров я спускаюсь по лестнице. Рядом с милицейским газиком дымился теплыми выхлопными газами черный "Мерседес" Романова с шофером. Двойник смотрел на меня из окна и на прощание помахал ручкой. Хлопнула дверца, и газик запердел к участку. Ну я и влип!

На улицах было уже совсем темно. Коля, наверное, нарочно выбирал дорогу без фонарей и встречных машин. Газик подскакивал на каждой яме как козлик, и хлюпающий звук его пробитого глушителя долбил окружающие дома, в которых даже не светились окна. Через полчаса езды по таким местам меня затошнило. Наконец нам попалась одна встречная машина. Ее фары осветили лица моих конвоиров, и вдруг в майоре я узнал кладбищенского сторожа, только на этот раз он был гладко выбрит и коротко подстрижен. Я вспомнил, что видел его уже в подземном ресторане, на ипподроме и на даче. И вот теперь он выгоняет меня из моей квартиры да еще везет в участок!