Марша Кэнхем - Опаленные страстью

- Как только прорвемся сквозь эти деревья, - сказал Эмори, - покинем наш корабль. У нас будет всего один шанс, чтобы удачно спрыгнуть.

- Спрыгнуть? - выдохнула Аннели.

Деревья кончались, и Эмори дернул поводья. Коляска въехала во вторые ворота и выкатилась на лужайку. Впереди виднелись улочки с гостиницами и кафе, а немного выше - роскошные виллы. Олторпу показалось, что когда-то он уже это видел, и он постарался сосредоточиться, чтобы образ не ускользнул.

- Держись!

Коляска подпрыгнула, раздался оглушительный треск, и во все стороны полетели листья и ветки. Лошадь протащила коляску еще ярдов двадцать. Эмори накинул поводья на рычаг тормоза, одной рукой схватил сумку, другой Аннели, бросил сумку на землю и спрыгнул, прижимая Аннели к себе, чтобы смягчить удар. Они покатились по мягкой траве, в последний раз взглянув на коляску. Она стремительно летела вниз, разваливаясь на части.

- Ты не ушиблась?

- Вроде бы нет, - ответила Аннели.

Эмори пощупал ее ноги, но не обнаружил ни ран, ни ушибов, которые она могла не почувствовать из-за шока. Она была в порядке. В полном порядке. Эта хрупкая, нежная женщина не испугалась ни стрельбы, ни погони, вынесла все. Ради него. Ради сумасшедшего Эмори Олторпа. Он с трудом удержался, чтобы не засмеяться и не поцеловать ее.

- Что мы теперь будем делать? - спросила она, оглядываясь по сторонам.

Он указал на гостиницу на вершине холма.

- Насколько я помню, это "Маннингтон-Хаус". Там можно взять напрокат коляску.

- Прекрасная идея, - произнесла она, когда он помог ей встать. - Но куда мы на ней отправимся?

- В безопасное место. Обещаю. Можешь еще немного пройти?

Она отряхнула платье и улыбнулась ему с таким видом, будто он предложил ей прогуляться по Бонд-стрит. Ее щеки пылали, глаза блестели, и он, не сдержавшись, обхватил ладонями ее лицо.

- Я никогда не встречал такой красивой, такой смелой женщины, как вы, Аннели Фэрчайлд, и клянусь, когда все это закончится, я постараюсь вас отблагодарить.

- Посмотрим, выполните ли вы свое обещание, - в тон ему произнесла Аннели, Он предложил ей руку, но она отказалась. Единственная туфля ей мешала, и она сбросила ее. Насколько это возможно без расчески, привела в порядок растрепавшиеся волосы, свои и Эмори.

Спустя пять минут они уже были в "Маннингтон-Хаусе", где взяли напрокат коляску и залезли в нее, погасив горевшие в ней маленькие свечи.

Наступил вечер, и на улицах было оживленно. По дороге сплошным потоком двигались кареты. Некоторые стали давать задний ход, поскольку образовались пробки.

Эмори все время был начеку. В Торки они не могли чувствовать себя в полной безопасности. И все же напряжение спало и сердце билось спокойнее, когда Аннели положила ему голову на плечо и он ее обнял.

Глава 16

Аннели стояла за воротами, где Эмори оставил ее двадцатью минутами раньше, у густых кустов можжевельника. Тишина была такая, что она слышала собственное дыхание. День был на исходе. В бездонном небе зажглись мириады звезд. Порт, в котором бросил якорь "Беллерофонт", светился множеством огней.

Аннели бросила взгляд на силуэт дома, который стоял на самом высоком месте в Торбее среди других, столь же роскошных и элегантных.

Эмори приказал кучеру поставить коляску в сарай, и когда тот вылез, чтобы открыть его, ударил кучера рукояткой пистолета по голове, после чего связал его, затолкал в коляску и оставил в сарае, закрыв дверь.

- Зачем ты это сделал? - с ужасом спросила Аннели.

- Как только полковник обнаружит нашу коляску, он догадается, что мы наняли или украли другую. Мне бы не хотелось, чтобы наш кучер, вернувшись в город, стал рассказывать всем о том, что подвозил двух бродяг к заброшенному дому на холме. Я сунул ему в карман двадцатифунтовую бумажку это утешит его, когда он очнется.

Эмори оставил Аннели у кустов можжевельника и отправился в дом, где пробыл несколько часов.

Вдруг Аннели услышала слабый шум, потом удар и прижалась к кустам. Уж не померещилось ли ей? Не иначе как она тихо сходит с ума. И Эмори тоже. Ей бы бежать сейчас без оглядки, а она будто приросла к влажной траве. А главное, Эмори уверен, что она с места не сдвинется, сделает все, как он ей велел.

В следующий момент из тени появился Эмори - без пальто и без сумки. Он подошел к ней и сообщил с беспечным видом:

- В доме ни души, как в Сахаре. Вспомни я о нем раньше, привез бы тебя сразу сюда.

- Тебе знакомо это место?

- Вообще-то да. Дом принадлежит мне.