Марша Кэнхем - Опаленные страстью

- А как ты сделал это на Эльбе? - с горечью спросил Стэнли. - Его охраняли три тысячи английских солдат, но говорят, что ты каким-то образом вытащил его оттуда.

- Вина Рори не доказана, - напомнила ему Флоренс.

- Рэмзи утверждает, что есть свидетели, они клянутся, что преследовали именно "Интрепид" и подошли к нему достаточно близко, чтобы завязать бой, но потом из-за плохой погоды потеряли этот корабль из виду.

Эмори нахмурился.

- "Интрепид"?

- Твой корабль, будь он неладен. Твой проклятый корабль! Судно, на котором ты совершал кругосветные путешествия в поисках приключений, вместо того чтобы находиться дома и заниматься делами семьи!

Он умолк, заметив удивление на лицах Флоренс и Аннели, в то время как Люсиль торжествовала.

- О Господи, Эмори, зачем я это сказал? Я не вправе винить тебя за поступки, о которых ты, может быть, и не слышал, находясь за тысячу миль от того места. И уж тем более сейчас, когда ты даже имя свое забыл. - В голосе Стэнли звучало искреннее раскаяние.

Аннели показалось, что Эмори пошатнулся. Она вскочила и бросилась к нему, опасаясь, как бы ему не стало плохо.

- Нет, - резко сказал он, стиснув зубы и через силу улыбаясь. - Я в полном порядке. - Он накрыл ладонью холодные пальцы Аннели и посмотрел на Стэнли. - Не нужно извиняться. Если я подлец, то лучше услышать об этом сначала от своей семьи.

- Вы хотя бы сядьте, - сказала Аннели. - Может, выпьете вина или бренди?

Флоренс привычным движением махнула тростью и попала прямо в колокольчик, висящий на стене.

- Прекрасная идея. Мы все могли бы выпить чего-нибудь покрепче чая. Когда успокоимся, обсудим ситуацию без всяких глупостей и сцен. Стэнли, вы принесли одежду?. Позвольте заметить, что бриджи, которые надеты на вашем брате, были бы впору подростку. Он даже не может в них сидеть.

- Я.., да, - кивнул Стэнли. - Я привез несколько пар ботинок и одежду. Они в сундучке в нашем экипаже - Ты знал? - спросила Люсиль, сверля его взглядом. - Знал, что он здесь, и ничего не сказал?

- Я узнал только в понедельник, когда госпожа Уиддиком послала за мной. А ничего не сказал потому лишь, что не хотел волновать тебя, моя драгоценная. Я ведь знаю, какая ты чувствительная. Это могло тебя расстроить, тем более что полковник Рэмзи бывает у нас чуть ли не каждый день и рассказывает всякие страшные вещи.

Флоренс фыркнула, и ее пергаментные щеки слегка покраснели.

- Полковник Рэмзи - настоящий джентльмен, - запротестовала Люсиль. Он совсем не назойливый, и надеюсь, вы не думаете, что я могу причинить зло нашей семье.

- Нет, конечно, нет, дорогая. Я бы никогда...

- Прежде всего я верна тебе, Стэнли. И если расстроена, то лишь потому, что ты мне не доверяешь. И конечно же, я удивлена, что вполне естественно. Госпожа Уиддиком слишком строга ко мне. - Она прикусила губу, желая, видимо, показать, как ей сейчас тяжело. - Я не глупа. Просто я беспокоюсь. И о тебе, и о твоем брате.

- Конечно, дорогая, - простонал Стэнли, опустившись перед ней на колено. - У меня и в мыслях не было не доверять тебе. Просто я хотел уберечь тебя от ненужных волнений.

Немного успокоившись, Люсиль обратилась к Эмори:

- Дорогой Эмори, я не хотела тебя обидеть, надеюсь, ты простишь мне мою необдуманную жестокость. Поверь, я безмерно рада познакомиться с тобой. И если бы это было возможно, мы увезли бы тебя домой прямо сейчас.

Флоренс подняла трость, чтобы снова позвонить в колокольчик, но в этот момент в дверях появился Уиллеркинз.

- Слава Богу. Я думала, ты не услышал звонка.

- Я услышал трость, миледи.

- Будь так любезен, принеси из экипажа преподобного отца сундучок. И пожалуйста, скажи Милдред, чтобы приготовила еды на пятерых - вы ведь останетесь ужинать, не так ли?

Стэнли не посмел отказаться, к великой досаде Люсиль, которая вцепилась в его руку, дав ему понять, что хочет немедленно уехать домой.

Уиллеркинз поклонился.

- Что-нибудь еще, миледи?

- Вообще-то да. Насколько я помню, старый негодник Дюпре оставил нам бочонок прекрасного французского бренди в последний раз, когда я позволила ему спрятаться от таможенных судов в моей бухте. Бутылочка бренди нам сейчас не помешала бы. И немного пирожных, пока не готова курица.

После ухода Уиллеркинза Флоренс, положив руки на трость, обвела всех собравшихся взглядом и сказала:

- Еще до войны я полюбила французское кружево и целых двадцать лет использовала его. Сомневаюсь, что на всем Корнуолле найдется дом, где кладовка не была бы набита контрабандными товарами. И я не поверю, если вы скажете, что исследовали пещеры под Берри-Хэдом и не нашли там никаких следов сделок между солдатами. Потому что я помню... Ладно, не важно, что я помню. Гораздо важнее, что помнит Рори. Сегодня он выглядит намного лучше, чем вчера, а завтра будет чувствовать себя еще лучше, если мы поможем ему вспомнить радостные события.