Андреа Кейн - Обольститель

- Я загадывала желания, - призналась Николь. Она указала Дастину на амулет.

- Это очаровательно, - пробормотал он, подавшись вперед, чтобы лучше рассмотреть изящный кусочек серебра.

- Мне его подарила мама, когда мне было пять лет. По ее словам, это амулет.

- Вот как? - Дастин, казалось, был заинтригован. - Каким же образом он действует?

- Мама верила, что все желания, которые когда-либо придут мне в голову, будут храниться в амулете. А потом судьба решит, когда их выполнить.

- Чудесно! - Дастин взял медальон в руку, но открывать его не стал. Твоя мама была необыкновенной женщиной.

- Да. - Голос Николь задрожал. - Как раз о ней я и думала, когда ты подошел ко мне в тот вечер на берегу Темзы. Я вспоминаю ее каждый день.

Дастин погрузил пальцы в волосы Николь, ласково погладил шею.

- Когда она умерла?

- Семь лет назад, - вздохнула Николь. - Когда ты рассказывал про Трентона и Ариану, я вспомнила, как отец с первого взгляда влюбился в маму. Судя по его рассказам, скачки были его единственной страстью. А когда они встретились, мама стала для него всем в этой жизни. - Слезинки задрожали на ресницах Николь. - Так недолго поверить и в чудеса.

- Это правда, - согласился Дастин. - Я и сам в них поверил. Здесь, сейчас. - Их взгляды встретились.

- Мое самое удивительное чудо! - Дастин привлек к себе Николь, тело его напряглось. - Дай мне обнять тебя! Боже, что может быть прекраснее? спросил он, приникая к ее губам.

Обвив руками шею Дастина, Николь подумала, что ничего прекраснее этого мгновения на свете не существует. Она прильнула к Дастину, сливаясь с ним в поцелуе, страх прошел, опасения улетучились, в объятиях ее держал не маркиз Тайрхем, а Дастин, ее любимый, красивый, бесценный Дастин.

Шепча его имя, Николь теснее прижалась к Дастину. Она задрожала, когда его губы завладели ее ртом, увлекая в мир опьяняющих ощущений и дурманящих желаний. Дастин приподнял Николь от пола, прижал ее к своему телу и впился в нее поцелуем со всесжигающей страстью.

- Николь... - вымолвил Дастин. Он тяжело дышал, глаза затянула пелена желания, которое было чем-то неизмеримо большим, чем похоть. Губы Дастина прошлись по изгибу плеча Николь и нащупали пульсирующую жилку на ее шее. Когда Дастин снова притронулся к губам Николь, в его поцелуе появилась настойчивость, с которой он безуспешно пытался бороться и которую безошибочно почувствовала Николь.

- Дастин, я хочу этого, - задыхаясь, прошептала она. - Я... - Николь мучительно подыскивала подходящие слова. - Я не боюсь.

Из груди Дастина вырвался стон, он оторвался от губ Николь и покачал головой:

- Нет, я не имею права. Я привел тебя сюда не за тем, чтобы соблазнить.

- Но ты меня вовсе не соблазняешь!

- В самом деле? - Дастин плавно опустил Николь на пол, лицо его приняло суровое выражение. - Я так сильно тебя хочу, что ничего не соображаю. Я не смею ни к чему тебя принуждать.

- А разве ты принуждаешь? - воскликнула Николь, у которой от нахлынувших ощущений слегка кружилась голова. - Мне это очень нравится. - И она снова потянулась к губам Дастина.

- Послушай, Николь, - сказал Дастин, отстраняясь и глядя ей в глаза, Мне нужно большее, чем... один вечер. Мне нужна ты. Вся. Сегодня. Завтра. Всегда.

- Ты мне тоже нужен, - мечтательно проговорила Николь. - Но сейчас мне хочется одного - чувствовать головокружение, которое вызывают у меня твои объятия. - Она озорно взглянула на Дастина. - Это... неправильно?

- Нет, дорогая, это очень даже правильно!

- В твоих объятиях я чувствую, как тлеющий во мне огонек с каждым мгновением разрастается в огромный костер. Скажи, это результат действия той самой техники, о которой ты говорил?

Мучительный вздох.

- О Боже, надеюсь, что нет! - вскричал Дастин. Он наклонился, чтобы продолжить поцелуй, но тут же взял себя в руки.

Николь, поглаживая волосы Дастина, какой-то отдаленной частью своего сознания понимала, что он пытается защитить ее от нее самой, но в эту минуту она не желала никакой защиты. Пальцы ее коснулись щеки Дастина, прошлись по разгоряченной коже и спустились к шее.

Дастин напрягся всем телом.

- Перестань. - Он перехватил руку Николь.

- Почему?

- Потому что я дошел до предела, за которым уже не смогу себя контролировать, а ведь ты едва ко мне прикоснулась.- Он поцеловал руку Николь, развернул ее и поцеловал ладонь. - Ты так прекрасна! - прошептал Дастин, целуя другую руку Николь. - Мягкая, зовущая, дурманящая... - Он притянул ее к себе. - Я почти чувствую тебя под собой, - вымолвил Дастин, впиваясь в губы Николь.