Сандра Мертон - Здравствуй, счастье

Оливия поколебалась, потом тяжело вздохнула.

- Что тут говорить! У меня нет выбора.

- Да, - подтвердил Арчер. - У вас нет выбора.

Он открыл дверцу, и Оливия забралась в салон. Арчер обошел вокруг, проскользнул на сиденье рядом с ней и включил двигатель. Они молчали все время, пока он выводил машину со стоянки, а потом выезжал на дорогу. Спустя некоторое время Арчер взглянул на нее:

- Мы начнем изучать бумаги Райта сегодня же вечером в моей квартире. Вечером. В квартире Эдварда.

- Вас что-то смущает? - спросил он. Она молчала, словно завороженная гудением мотора, в звуки которого неожиданно вплелся стук ее быстро заколотившегося сердца; Оливия покачала головой и откинула ее на изголовье спинки.

- Нет, нет, ничего.

Эдвард ждал, она чувствовала, как его внимательный взгляд изучает ее профиль, чуть задержавшись на губах; потом он отвернулся и стал наблюдать за бегущей впереди дорогой.

- Хорошая девочка, - произнес Арчер одобрительно; он нажал на педаль газа, и машина стремительно помчалась вперед.

Глава 7

В кабинете Эдварда, отделанном деревянными панелями, было тихо, лишь весело потрескивали дрова в камине, негромко звучала чарующая музыка Дебюсси.

Оливия, подобрав под себя ноги, сидела в низком черном кресле у огня и перебирала квитанции и счета, ворохом сваленные у нее на коленях. Ей хватало нескольких секунд, чтобы разделаться с очередной бумагой и сбросить ее на пол в растущую груду ненужных документов.

В камине резко треснуло полено, и она, вздрогнув, подняла голову. Ее взгляд упал на сидящего рядом Эдварда: он откинул голову на покатую спинку стула, закрыл глаза и расслабленно опустил руки на подлокотники.

Каким же он выглядел усталым! Под его глазами проступили синяки, щеки впали. Рот скорбно искривился.

Да и сама Оливия тоже устала, - день был насыщенным. И трудным. Они ехали обратно в полном молчании. К тому моменту, когда они подъезжали к Манхэттену, Оливия уже начала считать минуты, мечтая побыстрее попасть в свою квартиру и остаться одной.

Но Эдвард направил автомобиль дальше к реке, на восток, по направлению к Саттон-Плейс, и только когда он припарковал автомобиль и выключил мотор, она поняла, где они оказались. Оливия повернулась к Эдварду.

- Зачем мы тут? - возмущенно спросила она. Он холодно улыбнулся.

- Я подумал, может быть, стоило поискать кое-какую ерунду, которую ты спрятала в своих милых тайничках?

- Моих милых...

- Пойдем, дорогая. - Эдвард отстегнул ремень безопасности и потянулся к ручке дверцы. - Мы быстренько посмотрим и...

- Я не хочу заходить туда, - торопливо сказала она.

- Ты что, боишься фоторепортеров? Не бойся. Пресса сделала тут свое дело еще неделю назад.

Оливия отвернулась и уставилась в лобовое стекло.

- Я хочу домой.

- Что, эта квартира напоминает тебе о том, что ты потеряла? - Он схватил ее за запястье. - Посмотри на меня, черт возьми!

- Не угрожай мне, Эдвард. Я этого не люблю.

- Уверен, что не любишь. Старый Чарли был именно тем человеком, который тебе нужен, он почитал за счастье оплачивать все твои счета, зная, что ты ждешь его в постели, сгорая от страсти и нетерпения.

Лицо Эдварда приблизилось к ней.

- Интересно, какой ты тогда бывала? - Его взгляд скользнул по ее лицу и остановился на полуоткрытых губах. - А издавала ты те нежные звуки, которые сводят мужчину с ума? Так, как ты это делаешь, когда я занимаюсь с тобой любовью?

- Ты никогда не занимался любовью со...

- Нет, - ответил он, и неожиданно голос Эдварда стал нежным и полным обещаний, а не злости. Его рука уже иначе сжимала ее руку. Оливия почувствовала, что он гладит ее запястье большим пальцем. - Не занимался. Но буду.

Их глаза встретились.

- И ты знаешь, что буду.

Оливия ощущала дыхание Эдварда, видела, как бьется жилка на его виске, и знала, что достаточно ей лишь прошептать его имя, как его губы прильнут к ее.

Эдвард отстранился, резко отвернулся и крепко обхватил руль автомобиля.

Оливия зажала руки коленями. Они дрожали, и она покрепче сцепила пальцы.

- Это здесь вы достали бумаги, которые хотели мне показать?

Он кивнул, выруливая на дорогу, запруженную машинами.

- Да, кое-какие. Сегодня вечером я пришлю за тобой такси. Будь готова к семи часам.

Она взглянула на его строгий, жесткий профиль, тяжелую челюсть, прямой нос и вдруг почувствовала, что ни за что на свете не надо было соглашаться на встречу с ним сегодня вечером и вообще заключать с ним эту сделку.