Сандра Мертон - Здравствуй, счастье

Лицо Эдварда ничего не выражало.

- А вы? Не по той же причине вы увлеклись отделкой интерьеров? Потому что модно? Ее глаза гневно сверкнули:

- Вовсе не модно.

- Неужели? - Он схватил оставшиеся бумаги, подошел к столу в дальнем конце комнаты и сунул их в открытый ящик. - Покупательницы, которые ходят в "Мечту Оливии", вряд ли заглянут в заштатный магазинчик.

- То же можно сказать о покупателях, которые ходят к Эдварду Арчеру. Что вы там продаете, Эдвард? Акции и облигации? Потому что это модно в вашем кругу?

Он поднял брови.

- Я арбитр, - резко ответил он. - Причем чертовски хороший арбитр. Я не торговец... - Тут он широко улыбнулся, и его лицо помягчело. Эдвард взглянул на нее, и в воздухе повисла долгая пауза.

Оливия вскинула глаза и, к своему облегчению, не увидала у него на лице издевательской усмешки. Наоборот, он смотрел на нее так проникновенно, что у Оливии перехватило дыхание. Она отвернулась.

- Ну все? - пробормотала она. - На сегодня кончилась игра в вопросы и ответы?

- Похоже, что да, - сказал он. - Уже поздно. Я здорово загонял вас за сегодня.

- В таком случае, - произнесла она, вставая, - не позвоните ли вы вниз, чтобы мне вызвали такси? И если вам что-нибудь придет в голову насчет Риа...

- К черту Риа! - в голосе Арчера прозвучала такая злость, что Оливия онемела от удивления. Она в недоумении смотрела на него.

- В каком смысле?

- В прямом, - глаза Эдварда горели от ярости. - Я больше не могу слышать ее имя, больше не могу думать об этом подонке Райте и его грязных делишках, не могу...

Он сжал губы и вытер рукой лоб.

- Вы правы, - сказал он после короткой паузы, - этот день действительно был слишком длинным.

Оливия кивнула:

- Поэтому мне пора ухо...

- Что нам сейчас нужно, так это выпить. Выпить. В ту ночь в этой же самой комнате он тоже предложил ей выпить, а потом обнял и поцеловал так, что у нее закружилась голова...

- Оливия? Что вам налить?

- Ничего, - поспешно ответила она. - Меня развезет, если я позволю себе что-нибудь крепче, чем чашечка кофе, и...

- Кофе - это звучит сильно. - Эдвард чуть заметно улыбнулся. - Мало того, звучит угрожающе, если учесть, что моего мажордома нет поблизости.

Оливия удивленно подняла брови.

- Вы намекаете, что не пьете кофе, если рядом нет дворецкого, который бы его сварил?

- Пью, но только быстрорастворимый, - ответил он, скорчив смешную гримасу; но его улыбка сменилась кривой усмешкой. - Не смотрите на меня так.

- Не могу поверить. И это в конце двадцатого века! Вам что, никто не говорил, что теперь мужчины имеют на кухне равные права с женщинами?

- Ну, я могу кое-как приготовить яичницу. И зажарить ножку в духовке. Я даже знаю, как надо правильно обрывать листья салата, вместо того, чтобы резать их. - Эдвард улыбнулся. - Но приготовить напиток, достойный названия "кофе", выше моих сил.

Вот в этом-то и дело. Соседский мальчишка оказался врагом, он всегда им был, и теперь он стал вдвое опаснее, когда превратился во взрослого мужчину, красивого и сильного.

- В последний раз я самостоятельно варил кофе еще в колледже, непринужденно рассказывал он. - Парень, с которым я жил, заставлял меня снимать туфли, чтобы убедиться, что мои носки на мне и я не прикрываю ими кофейник.

Оливия скривила рот:

- Это и в самом деле довольно трагичная история.

Эдвард кивнул:

- Конечно. Особенно когда знаешь, что у тебя в кухне есть отличный "Чемекс" и свежие кофейные зерна.

Она пристально смотрела на него. Ну, что может случиться от чашечки кофе? Кроме того, он был прав. Выпить кофе было бы в самый раз, чтобы освободиться от паутины тяжелых мыслей, окутавших мозг.

- Зерна любых сортов, - добавил он с надеждой.

- Может быть, у вас и кофемолка есть?

Эдвард улыбнулся:

- Электрическая или ручная? Выбор за вами. На этот раз она позволила себе слегка улыбнуться в ответ.

- То есть за вами. Вы мелете, я варю. Пойдет? Он протянул ей руку. Она поколебалась вначале, но потом пожала ее.

- Пойдет. (В конце концов, рукопожатие - это всего лишь рукопожатие.) Но почему ее пальцы задрожали так, будто ее пронзило током высокого напряжения?

Как она и думала, кухня оказалась довольно милой и хорошо оборудованной, и Эдвард не лукавил, когда говорил, что у него есть все сорта кофе. Половина полки в холодильнике была забита пакетиками из фольги, на которых красовались названия разных экзотических стран.

- Бразилия, - шептала Оливия, - Кения, Колумбия, Ява...

- Вы когда-нибудь пробовали гавайский кофе? - спросил Эдвард. Она отрицательно покачала головой, и он потянулся за пачкой, слегка коснувшись ее бедром. Она снова вся затрепетала, даже сильнее, чем в прошлый раз. Наверное, она чем-то выдала себя, - то ли дыханием, то ли легкой дрожью, потому что он обернулся и пристально посмотрел на нее.