Нора Робертс - Обманутые иллюзии

Теперь они опять остались наедине. Букет цветов, которые он купил для нее у уличного торговца, благоухал на столике. Постель была аккуратно разобрана. Пол уплывал у нее из-под ног - корабль разворачивался к югу.

- Сегодня была хорошая публика, - ничего более идиотского нельзя было сказать, тотчас же мысленно выругала сама себя Роксана.

- Доброжелательная, - он повернул запястье, и в его руке возникла одинокая белая роза. Роксана почувствовала, что ее сердце тает.

- Спасибо, - все будет замечательно, подумала она, вдыхая аромат цветка. Теперь она знала, чего ждать; ей не терпелось почувствовать его руки на своей коже и вновь погрузиться в беспамятство. Боль быстро проходит. Несколько неприятных мгновений - небольшая цена за то, чтобы потом очнуться, лежа в его объятиях.

Люк смог прочитать беспокойство в ее глазах так же ясно, как он мог различить их цвет. Уже не было смысла опять ругать себя за бездумную поспешность предыдущего вечера. По крайней мере, у него хватило ума ничего больше не делать, только лишь обнимать ее весь остаток ночи.

Он прикоснулся ладонью к ее щеке, и она медленно перевела взгляд с розы на его лицо. Он возблагодарил Бога за то, что в ее глазах был не только страх. Он сможет сделать так, чтобы страх исчез. Люк провел рукой перед ее лицом, и она засмеялась, увидев в его пальцах свечу.

- Ловко.

- Ты ведь еще ничего и не видела, - он подошел к столику и поставил на него хрустальный подсвечник, унесенный из ресторана. Аккуратно вставив свечу, Люк щелкнул пальцами. Фитиль зашипел, вспыхнул и загорелся ровным пламенем.

Немного расслабившись, Роксана улыбнулась.

- Я моту аплодировать?

- Еще нет, - не сводя с нее взгляда, он выключил свет и снял пиджак, Ты можешь подождать, пока представление не закончится.

Она бессознательно поднесла руку к горлу.

- А что, будет еще что-то?

- Еще много всего, - он подошел к ней. Наверное, это несправедливо, что за вчерашнюю неосторожность его ждет вознаграждение, а не хорошая порка. Но он сделает так, чтобы она не пожалела об этом. Чтобы они оба не пожалели. Он взял ее руку, ту, что замерла у горла, и прижал пальцы к основанию ладони, к хрупкому запястью, где громко стучал пульс.

- Я говорил тебе, что существует много разных способов, Роксана, - все еще держа ее руку, он покрыл быстрыми и легкими поцелуями ее щеки и подбородок. - Но это - как в магии: показать всегда лучше, чем пересказывать, - он увидел, как опустились ее ресницы и выхватили розу из безвольных пальцев. - Я больше не сделаю тебе больно.

Ее глаза опять открылись. В них боролись боязнь и желание.

- Все в порядке, - прошептала она и протянула ему губы для поцелуя.

- Верь мне.

- Я верю.

- Нет, еще нет, - он закрыл ее губы своими, медленно отводя голову, пока .она не пошатнулась к нему навстречу. - Но ты поверишь, - проговорил он, заключая ее в свои объятия.

Она приготовилась к яростному нападению. Какая-то часть ее ждала сильных грубых рук, настойчивого и требовательного рта. Но сегодня его губы были мягкими, такими мягкими, соблазнительными, даже успокаивающими, когда они шептали ей слова любви. Роксана смешалась, у нее перехватило дух, а из ее горла вырвался звук удивления, от которого Люк улыбнулся.

- Я покажу тебе места, где ты никогда не была раньше, - его язык проскользнул внутрь, играя с ее языком. - Волшебные места.

У нее не было выбора - только последовать за ним. Ее тело уже парило в воздухе еще до того, как он закончил этот первый, роскошный поцелуй. Оставив ее трепетавшие жадные губы, Люк отправился в восхитительное путешествие по ее сладкой коже, приостановившись у основания шеи, где ее пульс затрепетал под его ртом, как сердечко пойманной птички.

Обнимавшие его руки ослабли. И он понял, что она - уже его.

- Я хочу посмотреть на тебя, - прошептал он, незаметно сдвигая халат с ее плеч. - Дай - мне посмотреть на тебя.

Ее красота опалила его сердце. Его кровь вспенилась, как кипящая вода. Но в трепетавшем свете свечи он прикоснулся к ней одними кончиками пальцев, проследив ими выпуклости и изгибы ее тела. Он восхищенно ощущал ее плоть под своими руками, околдованный быстрой дрожью, которой она отвечала на его нежную ласку.

- Мы раньше поспешили, - наклонив голову, он нежно, очень нежно смочил языком ее саднившие соски. - Может быть, потом мы опять будем спешить, выпрямившись и глядя ей в глаза, он зажал влажный сосок между большим и указательным пальцем, легонько пощипывая, чтобы довести ее до беспомощного состояния, колеблющегося между болью и наслаждением. - Но сейчас вся ночь наша, Роксана, - он провел пальцем между грудями, по животу, вниз, и с радостью ощутил, как она вздрогнула от наслаждения, когда сквозь мягкий треугольник волос он достиг потайного чувственного бугорка.