Лариса Шкатула - Пани колдунья

Но она успела понять, что со своей судьбой сможет разобраться лишь самостоятельно. Тихая безоблачная жизнь не влекла её. Ей бросили вызов, и уехать сейчас с Жемчужниковым на мужском языке означало бы уклонение от дуэли... Аналогии на языке женщин она подобрать не смогла.

- Петя, возвращайтесь домой, - холодно сказала она, отодвинула его от себя и пошла к замку.

- Лиза, вернись! - отчаянно закричал он, но она знала оглянется: не выдержит, вернется. Станет жалко Петра, а на чаше весов сейчас лежала её жизнь. Почему-то Лиза была уверена, что Петр вполне без неё обойдется. Может, не теперь, но в скором будущем...

Вечером она с Василисой опять заглянула в гардероб покойной свекрови, отобрала ещё несколько платьев, а когда пришло время сна, легла на свое огромное супружеское ложе и заснула, едва коснувшись подушки. Проснулась она лишь после обеда, и то потому, что в спальню заглянула обеспокоенная Марыля - да жива ли пани княгиня?

Лиза подняла голову с подушки и сонно спросила:

- Что-нибудь случилось?

- Нет, - пискнула горничная, - но я подумала, здорова ли вельможная пани?

- А почему я должна быть больна? - сварливо поинтересовалась Лиза.

- Прошу прощения, ваше сиятельство, но я подумала, что вы спите уже шестнадцать часов, может, вам что-нибудь нужно?

- Кое-что нужно, - буркнула молодая княгиня, - но в этом ты мне никак не поможешь.

Она сползла с постели, и завернувшись в шелковый халат все из того же гардероба, уходя, наказала:

- Приготовь зеленое платье, а прическу... спроси Василису, свободна ли она? Если да, пусть придет и меня причешет.

Марыля обиженно поджала губы, но ничего не сказала. Княгиня не позвала её на свое умывание, потому горничная занялась делом более простым: открыла шторы и стала застилать постель.

Платье было надето и зашнуровано, когда в опочивальне появилась Василиса с двумя алыми розами.

- Одну приколем к корсажу, а другую - в прическу.

- Алую розу к зеленому платью? - с сомнением переспросила Лиза.

- Все будет просто замечательно: вы вся словно зеленый стебелек, который венчает розовое с зелеными глазами личико - вот вам и бутон...

- Вы поэтесса, Василиса Матвеевна, - улыбнулась Лиза. - Но наверное мне надо было бы надеть темную юбку и высокие ботинки - я ещё не все посмотрела.

- Сегодня вам не удастся это сделать - на улице идет дождь, - экономка оглянулась на безмолвно стоящую Марылю. - А ты, Машенька, иди на кухню, пусть Зося даст тебе молока. У тебя очень бледный вид...

Марыля вопросительно перевела взгляд на Лизу.

- Иди, иди, - кивнула та, - понадобишься, позову.

- Вы не возражаете, что я отправила вашу горничную? - спросила у Лизы экономка. - Покорнейше прошу у вас прощения. Возможно, я слишком привыкла командовать слугами - по сути дела, почти пять лет в замке не было хозяйки.

- Конечно, я не возражаю, - несколько рассеянно сказала Лиза, прислушиваясь к себе: с тех пор, как она проснулась, у неё не проходило ощущение, что она какое-то дело не довела до конца. Или что-то сделала не так...

"Вот оно что! - вспомнила она. - Я отправила прочь Петрушу Жемчужникова. Это и не дает мне покоя. Но так будет лучше для всех. Для него особенно..."

Она не сомневалась, что Петино горе не продлится вечно.

Лиза сидела перед зеркалом и смотрела, как проворные руки Василисы Матвеевны опять сооружают ей прическу, какую она прежде никогда не носила. С этой прической её лицо словно принимало совсем другое выражение.

Несомненно, экономка обладала талантом художника, ибо она почувствовала происшедшие в молодой княгине перемены. Это была уже не Лизонька Астахова, а подлинная княгиня Поплавская, получившая в мужья человека экспансивного, непредсказуемого и полного всевозможных моральных патологий, как сказал бы врач. Мало того, что Лиза перестала этого бояться, она собиралась сразиться с этими патологиями. А заодно и с самим Станиславом.

- Я бы хотела с вами поговорить, если позволите, - сказала ей Василиса, закалывая последнюю прядь. - Екатерина Гавриловна не желала меня слушать, но, может быть, вы захотите?

- Вы собираетесь поведать мне какую-то тайну? - улыбнулась её отражению в зеркале Лиза, однако экономка на улыбку не ответила, давая понять, что разговор предстоит серьезный. - Хорошо, хорошо, не хмурьтесь. Я согласна выслушать вас. Вы хотите говорить прямо сейчас?

- Нет, что вы! - теперь и Василиса улыбнулась. - Для начала все же советую вам поесть, а потом мы встретимся в библиотеке. Ведь вы её ещё не видели?