Донна Кауфман - Танго в раю

Да нет же, Эйприл ничуть не волновало, чем он занимался и с кем проводил время. Ей просто не нравилось, что он умудрялся, словно бы по волшебству, появляться именно в тот момент, когда кто-то из ее гостей — обычно это бывала женщина — испытывал какое-нибудь затруднение. Ведь он приехал сюда отдыхать, разве не так?

Вообще-то, она должна радоваться, должна быть просто счастлива от того, что его невероятное обаяние действовало в ее интересах. Каждый ее рабочий день был максимально загружен, и то, что Джек перекладывал на свои плечи решение всех тех многочисленных досадных мелких, но, ох, каких важных проблем, неизбежно возникающих при работе с людьми, несомненно, оставляло ей больше времени на то, чтобы сосредоточиться на более значительных вопросах. Каким был, например, вопрос о найме местных индейцев на сезонные работы в одну из фирм, занимающихся устройством садов и парков на территории курорта.

Но даже эта головная боль не могла отвлечь ее от расстраивавших мыслей о Джеке. Ее кулаки то сжимались, то разжимались. То сжимались, то разжимались. Но это не помогало. Как ей хотелось сейчас ударить его, и это ей — члену общества пацифистов! Да, кажется, она была на грани совершения глупости. «Черт, — подумала она, — эти мысли приходят на ум уже не в первый раз». И, пробормотав одно из мексиканских проклятий, Эйприл снова повторила:

— Об этом позаботился senor Джек.

Заставив себя разжать кулаки и положив ладони перед собой на стол, она попыталась сделать равнодушно-спокойный вид и хотела выпить глоток чая, но не рискнула взять чашку в руки, боясь, что может раздавить тонкий фарфор.

— Взгляни правде в лицо, — сказала она себе, — в действительности тебя злит то, что в последние два дня твоя голова была занята главным образом воспоминаниями о том, как он обнимал тебя, как удивительно хорошо тебе было в его руках, с каким наслаждением ты прижималась щекой к широкой сильной груди. А когда наступает ночь… о, Господи, ты начинаешь думать о его теле, о его губах, о том, какие они на вкус.

А Джек, по всей видимости, решил, что вечер «с угощением», как он выразился, нужно заслужить, помогая ей справляться с мелкими неурядицами, ублажая клиентов. Ей не хотелось даже думать о том, каким образом он ублажал клиентов — ее клиентов! — но, во всяком случае, у него это неплохо получалось: он очень быстро находил с ними общий язык, особенно с женщинами, которые в последние два дня стали почему-то совершенно беспомощными.

Эйприл тяжело вздохнула и уронила голову себе на руки. И вдруг она почувствовала, как зашевелились волоски на ее шее. Это было верным признаком того, что Джек находился где-то рядом, она не могла ошибиться. Еще ни разу за последние два дня это странное чутье не обмануло ее: как только она ощущала его присутствие и начинала искать его глазами, он обязательно оказывался поблизости. Обычно он беседовал с кем-нибудь из гостей, а иногда возился со своим длинноногим фотоаппаратом, чтобы заснять что-то заинтересовавшее его. Эйприл никак не могла понять, почему ее так задевало то, что он не делал ни малейшей попытки заговорить с ней. Как правило, он ограничивался тем, что приветственно махал рукой. Ей же приходилось отвечать на этот жест улыбкой и быстрым кивком головы.

Какое, собственно говоря, ей до этого дело. Она страшно рассержена на него, вот и все. Эйприл медленно подняла голову. Так и есть! Однако на этот раз он был гораздо ближе, чем она ожидала, — сидел прямо напротив нее за садовым столиком, на котором стоял ее ужин. Не зная, как начать разговор, она уставилась на его чертовски соблазнительную белую рубашку для игры в поло, словно хотела прожечь в ней глазами дырки.

— У вас найдется свободная минутка? Вы не будете возражать, если я составлю вам компанию?

Эйприл открыла было рот, чтобы ответить, но тут же закрыла и огляделась по сторонам, чтобы убедиться, что поблизости никого нет. Только после этого она рискнула заговорить с ним, снова сжав лежащие на коленях руки в кулаки, чтобы придать себе уверенности.

— Вы прекрасно осведомлены, каким количеством свободных минут я располагаю, и если вы пришли сюда затем, чтобы я поблагодарила вас, то можете считать, что вы уже получили свое «спасибо». — Она сжала в руке льняную салфетку и, поднимаясь из-за стола, бросила ее на свою тарелку с несъеденным горячим. — Простите, если мои слова показались вам резкими, но я в самом деле очень занята, меня ждут неотложные дела.

Джек едва удержался от улыбки, когда одна ее бровь грациозно изогнулась, так, словно она ждала, каким образом он отреагирует: согласится с ней или станет ей противоречить.