Донна Кауфман - Танго в раю

— А вы, случайно, не…

— Здешний фотограф? Совершенно верно. Госпожа Морган специально пригласила меня ради такого торжественного события. — Отпустив, наконец, руку Смитсона, он приподнял висевший у него на шее фотоаппарат, чтобы его слова прозвучали убедительнее.

— Ах так, ну что ж, надеюсь, вы как нельзя лучше справляетесь с работой.

Заметив, что сенатор вновь превращается в гордого отца, Джек облегченно вздохнул.

— Признаться, я только профинансировал все это мероприятие, на этом моя роль закончилась, — продолжал Смитсон. — Всем же остальным занималась Марта — это моя жена — и то, что праздник удался, я считаю, — целиком ее заслуга.

Эйприл все еще опиралась на Джека, давая тем самым понять, что нуждается в нем; и он ни на секунду не сомневался и мог поспорить на любой из своих призов, что позже она пожалеет об этом. Но в данный момент для него это было вполне достаточным, чтобы решить, в каком направлении действовать дальше.

Поведение Джека немного смутило Эйприл, но сейчас ее гораздо больше беспокоила мысль о том, как побыстрее избавиться от старика-сенатора. Еще минута, и она уже совершенно оправилась от растерянности, и улыбка снова озарила ее лицо. Неожиданно Джек расслабил руку, которой обнимал за талию, и, почувствовав это, она сама еще крепче прижалась к нему.

— Правильно, обопрись на меня, mi cielo, — прошептал ей на ухо Джек, в то время как сенатор монотонно гудел что-то о своей дочери. — Не бойся!

Ее тело мгновенно напряглось, и она попыталась отстраниться от него.

— Спасибо, но я могу спра… — шепот прервался на полуслове, когда Джек снова притянул ее к себе и тут же переключил внимание на Смитсона:

— А знаете, сенатор, мне кажется, я еще не сделал ни одного снимка вас и вашей очаровательной жены. Марта, так ее зовут? Джек ловко подхватил политика под руку, которой тот выразительно жестикулировал, и, лавируя между людьми, повел не успевших опомниться старика и Эйприл к столику с закусками.

— Вообще-то мне кажется…

— А теперь, позвольте, я предложу госпоже Морган чего-нибудь съесть, — непринужденным тоном перебил политика Джек. — Я уверен, вы прекрасно знаете, что такое люди, помешанные на своей работе. У них никогда нет времени оставить свои дела и поесть по-человечески. И если бы не ее сотрудники, госпожа Морган просто валилась бы с ног от усталости и голода.

Джек и дальше продолжал нести подобный вздор, и Эйприл, совершенно сбитая с толку его болтовней, не знала, что сказать, чтобы остановить его. К тому же, честно говоря, она была несказанно рада, когда Джек, не говоря ни слова, пришел ей на выручку после того, как сенатор, сам того не замечая, заставил ее покраснеть. Не успела Эйприл еще сообразить, что же, все-таки, происходит, как она уже сидела на раскладном садовом стульчике, держа в одной руке тарелку с какой-то едой, а в другой — кружку с пуншем. Когда она наконец все поняла и подняла глаза, чтобы поблагодарить своего спасителя, он подходил уже к середине лужайки, все еще буксируя за собой сенатора.

Эйприл рассеянно надкусила маисовую лепешку с сыром, продолжая следить за Джеком, который уже брал в плен элегантно одетую яркую блондинку. Узнав в ней Марту Смитсон, Эйприл подумала, что жена сенатора наверняка уже поддалась его обаянию. Этот человек обладал каким-то удивительным чутьем. Иначе как объяснить то, что он появлялся рядом именно в тот момент, когда Эйприл требовалась помощь? Однако она была не настолько глупа, чтобы не понять, что за эту помощь придется платить.

Несколько раз во время церемонии и после нее она оборачивалась, чувствуя на себе его пристальный взгляд. Каким образом она угадывала, что это именно его взгляд, оставалось для Эйприл загадкой. Одна только мысль о том, что он заинтриговал ее точно так же, как, по всей видимости, и она его, выбивала из колеи.

Она заставила себя отвести глаза от его высокой стройной фигуры и посмотрела в свою тарелку. Но это не помогло. Его образ не покидал ее мысленного взора, как она ни старалась. В черном фраке и в черном галстуке Джек Танго был неотразим. И что из того, что фрак был так туго натянут на широких плечах, что каждый раз, когда он наклонялся над своим треногим фотоаппаратом, казалось, вот-вот разойдется по швам? И что из того, что широкий шелковый пояс постоянно сползал на бедра, приковывая ее взгляд к его сильным ногам. Любой мужчина выглядит красавцем в смокинге.

Да, она не могла не признать, что даже мысленный образ Джека Танго не давал ей покоя.