Энн Стюарт - Под покровом ночи

Глава 8

К тому времени как Тьернан вывел Кэссиди из бара на улицу, уже сгущались сумерки. Подначивая и припугивая свою спутницу, Тьернан ухитрился влить в неё ещё полстакана ирландского виски, и теперь вид у Кэссиди был восхитительно бесшабашный. Еще один шаг, один толчок - и она опрокинется на спину, увлекая его за собой.

К чертям собачьим все это ожидание! Тьернан хотел её, вожделел всем телом, мечтал зарыться лицом в её изумительных грудях, проникнуть глубоко в её лоно, ощутить её вкус, запах, ощутить её всю целиком. Он мечтал о том, как станет ерошить её буйные рыжие волосы, как подставит под её поцелуи собственное тело. Мечтал он и о том, чтобы Кэссиди сама захотела попробовать его, а потом хотела бы больше и больше...

Войдя вслед за Тьернаном в лифт, Кэссиди споткнулась и чуть не упала. Затем прислонилась спиной к лакированной ореховой обшивке и закрыла глаза. Верхнюю пуговицу жакета она так и не застегнула, и Тьернану видна была тонкая шелковая блузка, не скрывавшая глубокой ложбинки между грудей. Его так и подмывало наклониться и поцеловать её.

На двенадцатом этаже лифт остановился и дверцы его разъехались; Тьернан же ждал, надеясь подыскать предлог, чтобы прикоснуться к Кэссиди, и в то же время зная, что никакой предлог для этого ему не нужен. Он сомневался даже, что они вообще выберутся из холла...

Кэссиди величественно проплыла мимо него, и Тьернан посторонился, пропуская её вперед. Пока. Остановившись перед дверью, она принялась рыться в сумочке в поисках ключей.

Тьернан нетерпеливо ждал, борясь с желанием выхватить у неё связку и отомкнуть замки самому. Задержка лишь прибавляла в нем страсти. Каждая лишняя секунда становилась вызовом его выдержке и самообладанию.

Наконец дверь уступила натиску и подалась. Тьернан проследовал за Кэссиди в темный холл, прикрыл за собой дверь и, заметив, что Кэссиди потянулась к выключателю, проворно перехватил рукой её запястье.

- Темно же, - пробормотала Кэссиди.

- Да.

- Но ведь Мабри должна быть дома...

- А разве Шон не сказал вам? Они должны были заехать к издателю, а потом - поужинать в ресторане. Они вернутся совсем поздно. - Он не выпускал её руки из своей и почувствовал, как по глянцевой коже Кэссиди прокатилась мелкая дрожь.

- Нет, он ничего не сказал мне, - пролепетала она слабеющим голосом.

- Так я и думал. - Тьернан привлек её к себе - Кэссиди не сопротивлялась. В воздухе повис густой аромат страха и страсти возбуждающая и гремучая смесь. Оставалось только поднести зажженную спичку... Никогда ещё Тьернан не предавался любви с женщиной, которая с одной стороны панически боялась его, а с другой - хотела до беспамятства. Что из этого выйдет?

Он медленно поднял руку Кэссиди и опустил себе на грудь, чтобы она услышала, как колотится его сердце, почувствовала жар его плоти.

- Еще не поздно отступить, Кэсс, - прошептал он ей на ухо, касаясь губами нежной мочки. - Вам ведь страшно?

Тьернан и не ждал от не ответа. Если бы не выпитое ирландское виски, Кэссиди, возможно, и солгала бы. Однако она совершила ошибку, подняв голову и посмотрев ему в глаза; даже в сумраке пустынного холла Тьернан разглядел в них все, что она так пыталась от него скрыть. Страх. Гнев. И - желание.

- Да, - промолвила она. И участь Кэссиди была решена.

Тьернан, не сводя с неё глаз, медленно провел её рукой по своей груди, постепенно опуская её к пряжке ремня. Они смотрели друг другу в глаза, словно завороженные. При всем желании, ни тот ни другой не смогли бы отвести глаза в сторону. Тьернан опустил её руку ещё дальше, прижав к своей восставшей плоти - Кэссиди лишь издала какой-то сдавленный звук, словно попавший в беду зверек.

В следующий миг она попыталась высвободиться, но Тьернан не отпускал её. Прислонив свою жертву спиной к стене, он тесно зажал её ладонь между обоими телами, а сам жадно впился в её мягкие губы. Прежний звук снова вырвался из груди Кэссиди, но только теперь в нем послышались новые нотки. Потаенное и давно сдерживаемое желание? Да, наверное, ведь оно уже ощущалось на её губах, на её языке, проникшем в его рот, и Тьернан чувствовал его наряду со вкусом и запахом ирландского виски. Чресла его уже охватило жаркое пламя страсти.

Одной рукой он медленно стащил с плеч Кэссиди жакет, полный решимости раздеть её догола прямо здесь и разложить нагую на жестком дубовом паркете отцовского холла. Почувствовав, как её пальцы сами сомкнулись вокруг его трепещущей плоти, он едва не испытал оргазм. Подняв руки, он обеими ладонями обхватил лицо Кэссиди, зарывшись пальцами в огненно-рыжие пряди её волос. Губы их по-прежнему сливались в страстном поцелуе, и Тьернан почувствовал, как обмякло, подавшись к нему ещё сильнее, тело Кэссиди, как растекалось оно под его напором.