Энн Стюарт - Под покровом ночи

Еще одна ошибка с её стороны. Ричард припомнил, как обнаженная Кэссиди лежала, свернувшись калачиком, в его объятиях; он прекрасно помнил её бледную кожу, усыпанную золотистыми веснушками, абсолютную и столь возбуждающую доступность и беззащитность. Внезапно он захотел её с такой страстью, которая грозила смести на своем пути все, подобно сходящей с крутого склона лавине.

Ричарду понадобилось несколько мгновений, чтобы взять себя в руки. Чтобы восторжествовавший здравый смысл приподнял свою безобразную голову. Прикоснувшись к Кэссиди обеими руками, Ричард уже полностью овладел собой. Кэссиди даже не проснулась, когда он легко, словно пушинку, подхватил её на руки. Впрочем, возможно, и проснулась, но только вида не подала. Ричард пронес её по коридору до дверей её готической спальни и, войдя, опустил на аккуратно застланную кровать. Кэссиди, бормоча что-то невразумительное, протянула к нему руки и обхватила за шею, но он осторожно и решительно разжал её пальцы. Затем уложил её поудобнее и накрыл простыней. На мгновение губы Кэссиди обиженно надулись, но затем она вздохнула и, повернувшись на бок, подложила одну руку под подушку, по которой беспорядочно разметались её огненно-рыжие волосы.

Да, тело её по-прежнему доверяло ему, тогда как мозг повиноваться отказывался. Что ж, это могло бы служить ему каким-то утешением, но только Ричард в нем не нуждался. Как, впрочем, и в справедливости. Единственным способом защиты для него оставалась ложь.

Он напоследок ещё раз посмотрел на спящую, пытаясь запечатлеть её облик в своей памяти. Позволил себе даже протянуть руку и убрать свесившуюся на глаза прядь волос. Все, больше он к ней не прикоснется - это Ричард решил твердо и бесповоротно.

И вышел, плотно прикрыв за собой дверь.

* * *

- Вставай, Кэсси! - Словно сквозь туман Кэссиди расслышала голос Ричарда, настойчивый и требовательный. Она попыталась разлепить глаза, но недостаток сна в сочетании с усталостью никак не позволяли ей проснуться.

- Вставай же! - повторил Ричард, уже более нетерпеливо. - Тебя зовет Мабри.

Кэссиди повернула голову. Она никак не могла вспомнить, где находится: в каком городе или хотя бы - в какой стране. Она понимала только, что зовет её Ричард, а сама она лежит в какой-то постели. Неужели он её чем-то все-таки подпоил? Или просто усталость взяла свое? Открывать глаза Кэссиди отчаянно не хотелось - Мабри вполне могла обойтись и без нее.

- Твой отец умирает, Кэсс. Проснись же!

Кэссиди открыла глаза. Уже вечерело, за окном лил дождь, а была она в собственной постели в родительских апартаментах на Парк-авеню. Однако она совершенно не представляла, как здесь оказалась. И ей это было все равно.

- Что ты сказал? - голос её спросонья скрипел, как заржавевшие дверные петли.

- Мабри собирается ехать в больницу, - сухо пояснил Ричард. - Шон впал в кому, и врачи считают, что он долго не протянет. Ты поедешь с Мабри?

Кэссиди даже не удосужилась ответить ему. Она просто откинула простыню и спрыгнула с кровати.

Пол под ней подкосился. Пьяно пошатнувшись, Кэссиди почувствовала, что падает. И упала бы, не подхвати её руки Ричарда - крепкие, уверенные, элегантные и смертоносные. Какая-то крохотная и предательская часть её существа призывала Кэссиди прижаться к нему, закрыть глаза и искать у Ричарда утешения и поддержки. Но все-таки она устояла перед соблазном. Да и сам Ричард, убедившись, что Кэссиди утвердилась на ногах, тут же отпустил её.

- Что, Кэсси, слишком много крысиного яда выпила? - пробормотал он.

Кэссиди с вызовом посмотрела ему в глаза.

- Нет, Ричард, напротив - недостаточно, - сказала она.

Когда они спустились в вестибюль, уже начались часы "пик", но Билл уже остановил такси, которое дожидалось у входа с включенным счетчиком. Мабри выглядела бледной и отчужденной, Кэссиди же не сразу поняла, что Ричард вовсе не провожает их к машине, а тоже собирается ехать в больницу.

Заднее сиденье такси оказалось довольно тесным. Длинные ноги

Ричарда сразу оказались прижаты к ногам Кэссиди, и всю дорогу она ощущала крепость его мышц и жар его тела.

Кэссиди была рада, что Ричард решил сопроводить их. Впервые за долгое время спокойствие и выдержка изменили ей. Поэтому Кэссиди нисколько не возражала, когда Ричард возглавил их поход по лабиринтам мемориальной больницы Слоан-Кеттеринга. Она послушно плелась следом, одной рукой поддерживая за талию внезапно сдавшую Мабри.

Наконец достигнув этажа, на котором находилась палата Шона, Кэссиди не сразу поняла, почему на их троицу так странно смотрят. Лишь потом она сообразила, что смотрели вовсе на неё с Мабри, а на Ричарда Тьернана, печально знаменитого убийцу, и во всех глазах читалось нескрываемое любопытство пополам с ужасом.