Кэтлин Уинзор - Любовники

И Шерри и Джасинта подозревали, что он опять разыгрывает их, хотя и не признавались в своих догадках друг другу. Обе женщины не сомневались, что он прекрасно знает, где они и что делают, а кроме того, знает, что они ищут его. Ибо чувствовали его незримое присутствие, очень явственно ощущали где-то рядом только ему принадлежащую беспредельную власть над всем происходящим. Он был и не был, мучительно возбуждая и волнуя их, заставляя испытывать танталовы муки. Он являл собой некий воплощенный соблазн, из-за которого они до изнеможения бродили по этой сумасшедшей долине, беспомощно оглядываясь по сторонам и при этом догадываясь, что эти поиски тщетны. Словно он управлял ими, дергая за веревочки, привязанные к их запястьям.

Издалека каждый вождь высокого роста казался им. Он мог находиться в центре любой толпы.

Мог быть здесь… равно как и находиться там.

«Наверное, мы просто разминулись с ним, — думала Джасинта. — Возможно, именно тогда, когда он проходил совсем рядом, мы смотрели в другую сторону».

— Ты внимательно смотри направо, — сказала она, — а я буду смотреть налево. Если мы обе будем смотреть в одну и ту же сторону, то обязательно упустим его.

Внезапно раздались пронзительные крики, загрохотали копыта, и он приблизился к ним стремительным галопом. Все с удивительной быстротой расступались, давая ему дорогу, отчего людская масса напоминала волнующееся море, а между волнами проезжал он. Резко ударив жеребца по бокам, он остановился рядом с Шерри и Джасинтой, которые от неожиданности отпрянули назад. Жеребец встал на дыбы прямо над их головами, и женщины испуганно пригнулись к земле, не выпуская друг друга из объятий. Он ловко спешился и остановился возле них.

— Ну как вы находите развлечение? — зазвучал его громкий смех.

— О! — прошептала Джасинта. — Вы не должны были оставлять нас одних! — Она медленно отделилась от Шерри и подошла к нему, пристально глядя в лицо. — Нам угрожала страшная опасность. Куда вы запропастились?

Он повернулся, медленно поднял руку и небрежно указал на склон горы, поросший сосновым лесом. Там индейцы и трапперы бегали, прыгали, скакали верхом, боролись друг с другом и стреляли из ружей и луков.

— Я отправился подышать свежим воздухом, — произнес он и, улыбаясь, снова повернулся к женщинам. Они заметили, сколь тяжело его дыхание, а все тело взмокло от пота.

Обе смотрели на него с покорным восхищением, выражения их лиц были полны ожидания и тоски. Каждая думала: «Если бы только он выбрал меня! Если бы только взял всю инициативу на себя, чтобы мне не пришлось чувствовать вину, причиняя боль своей подруге!»

На них с завистью смотрели молодые индианки. Смотрели робко и в то же время зло. Их взгляды жадно ощупывали его могучую фигуру с ног до головы. Какая-то совсем молоденькая девушка подошла к нему и дерзко положила руку на грудь. На ее кисти не доставало трех пальцев, и от этого зрелища Шерри с Джасинтой вздрогнули.

— Ну а вы как развлекались? — осведомился он дружелюбно, но с привычным уже сарказмом.

Когда он смотрел на них, гордый, могущественный и независимый, обеим женщинам было совершенно ясно, что на их счет них не принято никакого решения, с ними просто забавляются, ожидая, что придумает в ответ каждая.

— Мы вовсе не развлекались! — громко проговорила Джасинта. — Мы подвергались страшной опасности…

— На нее напал какой-то ужасный человек, он силком поцеловал ее и…

— Он поцеловал ее?

— Я укусила его! Укусила, а потом ударила…

— Вы рассказываете все это так, словно получили огромное удовольствие. А говорите, не развлекались…

— Ну правда же! — вмешалась Шерри, глядя на него с деланным раздражением. — Все это было ужасно, омерзительно! Этот человек… этот человек вел себя как животное!

— Это мерзко и отвратительно! — вскричала и Джасинта. — Здесь повсюду происходят до жути непристойные вещи!

Он скептически ухмыльнулся, сделав вид, что изумлен до предела.

— Да неужели? — Потом покачал головой. — Разве таким цивилизованным людям, как вы, неприятно время от времени возвращаться к первобытному состоянию?

Они с достоинством посмотрели на него и дружно закачали головами.

— О нет, — прошептала Джасинта.

— Вы очень сильно ошибаетесь, — заметила Шерри.

— Вам, разумеется, по душе сама идея уничтожить цивилизацию, — заявила Джасинта. — Ибо вы такой, как есть, и презираете все, чего мы достигли, поскольку это угрожает вашему господству.