Игорь Хорр - Праведник

— И помогает панике то, что преступника не могут изловить в течение долгих месяцев! — своим неприятным дискантом вставила госпожа Борзыкина.

— Совершенно верно, — спокойно согласился профессор. — И полагаю, вот почему. У полиции интерес в таком случае вызывают, как правило, ранее судимые, бродяги, наркоманы, алкоголики и тому подобное. Ищут в основном среди них. Но!.. Наши исследования показали, что среди маньяков гораздо больше людей с весьма высоким уровнем интеллекта: служащих, врачей, студентов… Вот несколько примеров. Симаков Андрей Данилович. Мой коллега — профессор университета. Отец двух дочерей. За короткий срок убил девятнадцать девушек и женщин. Жертв подкарауливал в городском парке. Набрасывался из засады, душил, насиловал уже мертвых… Виктор Сергеевич Пронькин. Управляющий филиалом банка. В течение года заманивал женщин к себе на квартиру, убивал, насиловал, расчленял тело на мелкие кусочки, отдельные части варил и съедал. Съедал сам и кормил собаку. Его жена и мать пособничали ему в этом. Задержан Пронькин был только после того, как сварил и съел мать с женой и даже собаку! — Последний пример Евгений Александрович описал с такой экспрессией, что в зале некоторых, особенно женщин, передернуло, у других же вызвало невольную улыбку, а Вадим Никитович даже закусил губу, сдерживая смех.

— Ну и гадости же вы говорите! — сказала госпожа Борзыкина.

— Что поделаешь, — продолжал профессор. — Такова жизнь. Это достоверный случай. И таких примеров немало. Наша группа, господа, изучила около тысячи подобных случаев, и мы разработали целую экспертную систему, что отныне позволит значительно сузить область поисков, ориентируясь на определенный тип личности. В основе системы пять групп преступников с постоянно криминально значимыми признаками. Первые — это люди с болезненными расстройствами: шизофреники, дебилы и прочие. На них приходится около десяти процентов преступлений. Остальные девяносто процентов примерно поровну распределяются между четырьмя другими группами. Наибольший интерес для нас представляют люди с отклонениями в половой сфере. Здесь и фетишисты — те, что крадут с места преступления предметы женского туалета, визорейдисты, прошу прощения за сложное иностранное слово, — любители подглядывать, эксгибиционисты, — обнажающие при людях свои половые органы, педофилы — нападающие на детей, геронтофилы — испытывающие влечение к пожилым людям, зоофилы и так далее. Наукой выявлено всего около трехсот видов таких отклонений. Еще несколько примеров…

— Я прошу прощения, господин Крылов, — прервал профессора генерал-губернатор. — К сожалению, время у нас ограничено. Нельзя ли побыстрее перейти к интересующему нас случаю?

— К нашему случаю… — Евгений Александрович замялся, сложил исписанные листки и продолжил уже с меньшим энтузиазмом: — Что касается нашего случая, господа, то я пока еще мало чем могу вас обрадовать. Наш центр создан совсем недавно. Преступник жесток, но при этом хитер и умен. В его действиях не усматривается никакой системы. Он практически не оставляет следов. Преступления его тщательно подготовлены и обдуманы…

— Так я и знала! — воскликнула госпожа Борзыкина. — В то время как постоянный страх перед нападением убийцы испытывают все порядочные женщины города, а также их родные и близкие, когда число жертв неизменно растет, вы, господин Крылов, как и многие другие… — возмущенная женщина бросила полный упрека взгляд сначала на Фигорина, затем на генерал-губернатора, — занимаетесь изучением каких-то там зоофилов!

«Тебе-то о чем беспокоиться? — подумал Дмитрий Васильевич. — Этот маньяк, наверное, таких, как ты, за версту обходит».

— Давайте постараемся обойтись без лишних эмоций, — сдержанно сказал генерал-губернатор. — У вас есть что добавить, господин Крылов?

— Увы, ваше высокопревосходительство, по данному делу нам известно не более, чем полиции.

— Благодарю вас.

Профессор Крылов сел, облегченно вздохнув.

— Прошу высказать ваши соображения, господа.

Слово взял представитель духовенства. Звучным басом, словно на воскресной проповеди, он говорил о том, что Святая православная церковь таких людей, как этот маньяк, считает великими грешниками, поддавшимися соблазну дьявола и надолго попавшими в злую кабалу к лукавому. Он говорил, что человек этот скорее всего очень несчастен и, возможно, сам очень страдает от своих кровавых деяний, но ничего не может поделать с собой, и единственное спасение для него в том, чтобы праведные христиане неустанно молились за его грешную душу, дабы Господь пересилил сатану в ожесточенном сердце его и послал ему покаяние и очищение.