Нил Стивенсон - Интерфейс

Последнее окно, расположившееся вдоль края экрана, было высоким и узким. Это был список ровно из ста пунктов. Каждый пункт состоял из словосочетания, описывающего определенное подмножество американского народа, и имени.

В этом цифровом досье, содержащем множество имен, текущий пункт в списке был выделен ярко-красным прямоугольником, чтобы пользователю сразу стало понятно, с представителем какой именно категории он имеет дело. Список состоял из следующих категорий:

Ротодышащее ничтожество

Четырехсотфунтовый потребитель диет-колы

Невозмутимый городской землячок

Гуманитарий из гамбургерной

Скаредный обитатель «Виннебаго»

Обезьянка с веранды с библией подмышкой

Экономический труп

Ущемленный корпоративный лизоблюд

Повелитель мира на стероидах

Среднеамериканская королева бижу

Подвальный нюхатель табака

Постподростковый дорожный воитель

Депрессивный коллекционер пивных банок

Претенциозный раб стиля

Некогда респектабельная жертва банкротства

Пергидрольная охотница за купонами

Циничный медиаманипулятор

Робкий огнестрелодрочер

НЛО сожрало мой мозг

Шопящаяся корпоративная конкубина

Жилистый утколюб

Постконфедеративный пожиратель подливки

Маньяк-антрепренер из третьего мира

Сверхсуверенный юный профессионал

Однокомнатный продавец

Металлист из профучилища

Книгосжигатель из округа Оранж

Черный с кольцевой в первом поколении

Мусорный парвеню из 80х

Одержимый долгами раб оклада

Активист на телеподсосе

Уборщик, в прошлом металлург

Нео-оки

Рестлер-бездельник

Кондоминиум-коммандо из Южного Пояса

Люмпен из Ржавого Пояса

...и так далее...

Аарон нажал пробел. Все окна, кроме длинного списка категорий, исчезли с экрана. Следующий пункт в нем подсветился, а компьютерный голос произнес: «Робкий огнестрелодрочер – Джим Хансон, Норт-Платт, Небраска».

Экран заполнился новым набором изображений и текстов. На сей раз фотография была черно-белой – репродукция с газетной; Джим Хансон, узколицый мужчина примерно пятидесяти лет, стоит в лесу, одетый в форме бойскаута. Как и прежде, она сопровождалась коротким видеороликом. В нем Джим Хансон жарил барбекю где-то на заднем дворе и изображал серого кардинала перед группой детишек – предположительно, собственных внуков. Карта была та же, но красный крестик переместился в середину одного из центральных штатов – видимо, это была Небраска.

Джим Хансон выглядел не слишком интересно. Аарон снова нажал пробел, переместившись еще на пункт ниже: Повелитель мира на стероидах, Чейз Мерриам, Брайрклифф-Мэнор, Нью-Йорк. Его фото было глянцевым студийным снимком. На видео Чейз Мерриам делал первый удар на чрезвычайно аккуратном поле для гольфа в окружении трех других повелителей мира на стероидах.

Аарон принялся щелкать пробелом, листая список и открывая по сотне фотографий за раз. Дойдя до конца, список перематывался к началу, и Аарон мог бы давить пробел бесконечно, если бы захотел. Красный крестик прыгал по всей стране, вычерчивая идеально сбалансированный демографический профиль Соединенных Штатов.

Флойд Уэйн Вишняк сидел у себя трейлере и смотрел «Колесо фортуны», когда снаружи по гравию зашуршали шины. Он подошел к двери, бросив по пути взгляд на тайник, скрывающий обрез; обрез был на месте, ловко припрятанный в узкой щели между стеной и тремя упаковками пива, прямо у входа. Очертив, таким образом, свои возможности, он посмотрел в окно, чтобы узнать, кто это проделал такой длинный путь, чтобы нанести ему визит. Если это очередной коллектор, прием его ожидал не слишком дружелюбный.

По первому впечатлению гость с очень большой вероятностью мог оказаться именно коллектором. Это был тощий темноволосый коротышка в очках, рубашке на пуговках и при галстуке. Первым делом он открыл заднюю дверцу своего серого «Форд ЛТД Краун Виктория» и извлек оттуда пиджак.

Флойд Уэйн Вишняк водил машину с младых ногтей и насмотрелся на приделанные между дверцами крючки; кто-то когда объяснил ему, что на них вешают одежду. Но сейчас он первый раз в жизни увидел, что на них и в самом деле ее вешают.

Зерно возмущения начало созревать у него в мозгу. Крючки для одежды между рядами сидений. Всегда здесь, никогда не используются. Таинственный символ иных времен и сфер, вроде плевательницы. Для начала, люди больше не носят костюмы – кроме как на свадьбу или на похороны. Когда же их носят и по какой-то причине должны снять пиджак, то его просто бросают на заднее сидение. Что именно хочет сказать этот маленький задрот, повесив свой пиджак на крючок? Может, он хочет сказать, что кожзам – или чем там покрыто заднее сидение его пижонской дорогой тачки (безупречно чистое) – не должен касаться ткани его пижонского пиджачка?