Нил Стивенсон - Интерфейс

Он отключился где-то в выходные. Осознание того, что Сэм Уайатт, ведущий сторонник ее босса, запустил всю эту цепь событий, было скверным само по себе. Пару дней она провела в сомнениях – в основном из-за иезуитских маневров Рея с игрушками. Когда агенты иммиграционной службы явились за Карлосом и Анной, она испытала раздражение. Но когда штат попытался отобрать Бьянку у родителей, Элеанор Ричмонд взбесилась. Это было нечестно. Лучше она снова станет бичевкой, чем примет участие в заговоре, направленном на разрушение семьи.

Поэтому в четверг, Элеанор врывалась в кабинет Шэда Харпера всякий раз, когда он отлучался дольше, чем на десять минут, и располагалась там, как дома. Она была вполне готова пожертвовать собственной карьерой за возможность найти что-то, что позволит утянуть за собой и Шэда. Была замечательно найти что-нибудь и на Сэма Уайатта или на помощника из Ди-Си, совершившего судьбоносный звонок в Службу леса – или даже на самого сенатора Маршалла. Но больше всего ей хотелось подать на блюде голову Шэда Харпера.

К ее собственному изумлению, она ни разу не попалась. Раз или два люди заглядывали в кабинет Шэда, когда она там находилась, и она объясняла им, что ищет позаимствованный Шэдом степлер. Это срабатывало, поскольку Шэд постоянно что-нибудь заимствовал, включая деньги, и никогда ничего не возвращал.

Сам Шэд провел большую часть дня за пределами кабинета, по уши погрузившись в некие интриги, связанные с семьей Рамирес.

К восходу солнца, озарившего пятничный заголовок

«БЬЯНКА: Я ХОЧУ К МАМОЧКЕ!»,

никаких особенных изменений не произошло. Медицинский центр «Арапахо Хайлендс» собирался выписать Бьянку в 18:05. По совершенно удивительному стечению обстоятельств, это гарантировало попадание процесса выписки в вечерние выпуски местных новостей, делая ее идеальным кандидатом на прямой эфир. Новый пиар-директор, проработавший на этой должности пять дней и уже получивший и повышение, и премию, настаивал, что это действительно совпадение, а время выписки было выбрано исключительно по медицинским соображениям.

Он безусловно заслужил повышение. С точки зрения общественного мнения, «Арапахо Хайлендс» начал неделю с удара в живот и ухитрился оправиться, опираясь только на собственные силы, чтобы к ее концу выглядеть и вовсе как сборище архангелов в белых одеждах и с полными руками плюшевых зверюшек. В 18:05 Бьянку собирались выкатить на подъездную аллею клиники, на которой круглосуточно стояли дозором парковщики в ливреях, и выпустить ее в мир. Выписка Бьянки убивала сразу двух зайцев: во-первых, укреплялась медицинская репутация клиники, для которой не было ничего невозможного, а во-вторых, гипербарическая камера освобождалась для приема пожилых диабетиков с хорошей страховкой.

Главный вопрос заключался в том, кто примет ответственность за Бьянку после того, как ее кресло-каталка достигнет парковки. Тот факт, что ответа на него не знал никто, превращал ситуацию в настоящую реалити-драму и гарантировал самое пристальное внимание медиа.

Штат Колорадо все еще пытался получить судебный ордер, предоставляющий ему статус опекуна Бьянки, но работающий на Рамиресов адвокат-ас и его команда юных ниндзя-юристов превратили рассмотрение дела в процедурную катастрофу, на устранение которой обещали уйти недели. Если не принимать в расчет возможность неких внезапных действий со стороны закона, Карлос и Анна к 18:05 должны были по-прежнему оставаться ее законными представителями.

Карлос и Анна, однако, считались нелегальными иммигрантами и находились в розыске. Если говорить об этой стороне вопроса, то последние три дня разыскивающие их агенты беспрерывно дежурили прямо здесь, в клинике, и только и ждали их появления.

Поэтому, если родители Бьянки на самом деле покажутся в 18:05, чтобы принять дочь, они будут немедленно арестованы, и кому-то другому придется взять на себя заботу о ней. В принципе получалось, что этим кем-то должна была стать сестра Анны Пилар, но ходили слухи, что штат может использовать арест Карлоса и Анны как повод для взятия Бьянки под опеку, и медиа уже предвкушали душещипательную схватку на парковке клиники.

Явились все основные каналы, и уже в шесть утра в пятницу, за двенадцать часов до Главного События, новый пиар-директор вышел на парковку с большим куском мела, чтобы разметить позиции камер: ABC, CBS, NBC, CNN, CHAN 4, CHAN 5, CHAN 7 и так далее.

Удалось подслушать, как в очереди в бюро аренды автомобилей в аэропорту «Стэплтон» один журналист говорил другому: