— Иди собирай вещи, — велела я, убрав волосы назад. Муж так и не смог расколдовать то, что сотворил сдуру, а я рано начала седеть, это у нас семейное, папа в сорок уже был белее снега. Ну да ладно, седая прядь надо лбом смотрелась весьма пикантно! — Обязательно возьми свитер. В Шотландии, говорят, весной холодно.
В Шотландии в самом деле было холодно, особенно в Хогсмиде. Это из-за дементоров, которые патрулируют деревню, услышала я от какой-то женщины, и вспомнила, что это за твари.
Я видела Хогвартс, только если Лин мне показывала его, держа за руку. И прятаться нам было очень тяжело: в такой деревушке сразу увидят постороннего, а мы…
Нам помогала бабушка Эйлин, не иначе. Я помню, муж говорил, что защититься от дементора очень тяжело, но мы им ни разу не попались. Денег на еду у нас хватало, а что до жилья — Лин легко зачаровала какую-то старушку с окраины, и мы ютились у нее на продавленном диване. Но что делать дальше?
— Мама! — от ее крика я чуть не рухнула на пол. — Мам… гляди…
Над замком вставало зарево. Земля едва ощутимо вздрагивала.
— Мы же туда не пойдем? — шепотом спросила я. — Лин?
— Папа там, — сказала она, прижмурившись и словно прислушиваясь к чему-то. — Еще живой. Ма, оставайся тут, а я пойду. Я не могу…
— А я что, тебя одну отпущу? — я поймала ее за шкирку.
Страшное ощущение: я не могу отпустить дочь, но и удержать тоже не могу, она же не послушается! Даже если связать по рукам и ногам, все равно сбежит, и выйдет только хуже. От меня никакого проку, но…
Я всегда могу закрыть Лин собой.
На это меня точно хватит.
И я сказала:
— Идем. И надень свитер.
Возле небольшого домика даже охраны не было, и Лин, то волоча меня за руку, то заставляя присесть (мы накрылись каким-то позорным одеялом, взятым у старушки, дочь его немного заколдовала), дотащила меня до окна. То было забито досками, но в щели мы все видели.
Какой-то жуткий тип с плоским змеиным лицом бродил туда-сюда по комнате, вертел в руках палочку, что-то бормотал себе под нос…
«Наверно, это он и есть, тот, которого все боятся», — подумала я.
А еще там была змея, огромная змея в прозрачном пузыре вроде мыльного, только, наверно, прочном.
— Он страшно сильный, мама, — прошептала Лин, вцепившись в мою руку.
Мимо нас, пошатываясь, прошел красивый светловолосый мужчина. Вернее, он был бы красивым, если б не разбитое лицо. Я видела, его сотрясали сухие рыдания, но мужчинам не пристало плакать, так писали в книжках, и он пытался не подавать вида…
— Господин? — раздался знакомый голос. — Вы хотели видеть меня? Их оборона поддаётся…
— Но там обойдутся без тебя, — негромко сказал этот белолицый. — Ты искусный волшебник, но там ты не нужен.
— Позвольте мне найти мальчишку, позвольте мне доставить его вам. Я знаю, что смогу найти его, мой господин. Пожалуйста!
Белое плоское лицо чуть ли не светилось в полутьме, красные глаза сверкали, и я поняла — такое чудовище не по зубам моему мужу… куда уж нам!
— У меня проблема, — мягко произнес он.
— О чем вы, господин?
Тот поднял палочку жестом дирижера. Лин сильнее схватилась за меня.
— Почему она не служит мне?
— Я не понимаю, господин. Вы… вы творили с этой палочкой выдающуюся магию.
— Нет, — ответил змеелицый. — Я творил свою обычную магию. Эта палочка… нет. Она не явила обещанных чудес. Я не почувствовал никакой разницы между этой палочкой и той, которую столько лет назад приобрёл у Олливандера.
Мой муж молчал.
— Я много и упорно думал, — сказал тот, второй, — ты знаешь, почему я отозвал тебя из боя?
— Нет, мой господин, но я молю вас дозволить мне вернуться, — ответил он, не сводя глаз со змеи. — И дать мне найти мальчишку.
— Ты говоришь, как Люциус. Никто из вас не понимает Поттера так, как я. Его не нужно искать. Поттер сам придёт ко мне. Видишь ли, я знаю его слабое место, его порок. Ему будет ненавистно наблюдать, как вокруг него гибнут люди, знать, что всё это из-за него. Он захочет остановить это любой ценой. Он придёт.
— Но, мой господин, его может случайно убить кто-то другой, не вы…
— Мои указания были исключительно ясны. Пленить Поттера. Убивать его друзей… чем больше, тем лучше… но его не убивать. Но это о тебе я хочу говорить, а не о Гарри Поттере. Ты был очень ценен для меня. Очень ценен.
— Мой господин знает, что я жил лишь службой ему. Но… но позвольте мне отправиться и найти мальчишку, мой господин, — он говорил ровно и безразлично, явно понимая, что его слова ничего уже не значат. — Позвольте мне привести его к вам. Я знаю, что смогу…
Читать дальше