Диана Удовиченко - Семь цитаделей

- Я понял, вот оно…

Действительно, скала покрылась туманной дымкой, затем пришло ощущение ряби в глазах, и наконец мир вокруг исчез, постепенно превращаясь во что-то другое.

- Приехали! - Макс потряс изумленного Ромку, который, зажмурившись, стоял рядом с ним на широком проспекте в центре Старограда.

Небо над столицей было темным. Макс, из-за своих постоянных перемещений запутавшийся в часовых поясах, представления не имел, который сейчас час, и вообще, как можно посчитать разницу между сочинским временем Первой грани и староградским - Второй. Перед ними возвышался знакомый особняк князя Пшесинского, в котором Макс и его друзья были однажды на балу. Собственно, там они и встретили Эдика. Окна дома Пшесинского были ярко освещены, оттуда доносилась громкая музыка. Видимо, князь и сегодня давал бал.

- Ой, а что это с тобой? - отмер Ромка, с любопытством разглядывая Макса.

- То же, что и с тобой, - рассмеялся тот. - При пересечении граней люди изменяются. И вещи тоже.

Лицо парнишки стало еще красивее, теперь оно излучало какое-то неземное обаяние. Его дешевенький спортивный костюм превратился в невыразительное серое одеяние, в каком здесь ходили ремесленники, а стоптанные кроссовки теперь стали не менее поношенными сапогами. "Надо будет его приодеть", - мельком подумал Макс. Но сейчас перед ним стояла более серьезная проблема: Ромку надо было доставить в дом его отца, а Макс не знал, где это находится. Ничтоже сумняшеся, он взял парня за руку и направился к дому Пшесинского.

Лакей, вышедший на звон медного колокола, висящего на двери, Макса, видимо, узнал, потому что, почтительно проговорив:

- Сюда пожалуйте, - пропустил их в дом.

Пройдя в сопровождении мажордома через роскошный вестибюль, Макс не успел ступить на порог бальной залы, как очутился в крепких объятиях князя Павла.

- Матка боска! Пан Макс, как я рад! - восклицал эмоциональный лониец, - Ты надолго к нам?

- Еще сам не знаю, - неопределенно отвечал Макс.

- Понимаю, понимаю, секрет! Все-то у тебя секреты да тайны, как у покойного Штефана. Помнишь его? Знатный был кавалер!

- Да, помню. Граф Пржевецкий был прекрасным человеком.

- Ну, царствие ему небесное! Умер он, как истинный лониец - в бою, - перекрестился князь Пшесинский и тут же заторопил, - пойдем, пан Макс, в буфетной столы с закусками накрыты. Выпьем по чарке, вспомним былое, поговорим…

И Макс, не планировавший задерживаться надолго, был просто утянут неугомонным князем к столу. Вслед за ними шел Ромка, пораженный великолепием княжеского жилища, так что рот у мальчишки не закрывался от изумления. Посмотреть действительно было на что: Пшесинские по праву считались одной из богатейших семей Лонии, и их дом в Славии вполне соответствовал стилю их жизни. Бальная зала вмещала огромное количество народу. Когда Макс и Ромка в сопровождении графа проходили мимо, там заиграла медленная музыка, и изысканные кавалеры закружили в танце прекрасных дам. Звуки музыки, жизнерадостный смех, аромат духов, сверкание бриллиантов - все это приводило бедного Ромку в состояние ступора. Мальчишка явно стеснялся своей неловкости, старенького костюма, он старался сжаться и стать как можно незаметнее, но не тут-то было.

- Ах, какое прелестное дитя! - к мальчику со всех сторон оборачивались женщины и девушки, стараясь обратить на себя его внимание.

- Посмотрите, ма тант, какой купидончик!

- Князь, представьте же мне вашего протеже!

- Чего это они? - испуганно прошептал Ромка, вцепившись в рукав Макса.

Макс, напрочь забывший, что парень унаследовал дар своего отца, значит, стал неотразимым для женщин, тихонько фыркнул и ответил:

- Все нормально, Рома, не тушуйся. Я потом тебе объясню.

Наконец, они оказались в буфетной. По сияющему паркету бесшумно скользили молчаливые лакеи, разнося напитки, столы ломились от изысканных закусок. Вокруг стояли одни мужчины, с удовольствием употреблявшие кто водку, которой здесь было сортов десять, кто вино, выбор которого был еще богаче. Видимо, дамам полагалось дождаться ужина, или довольствоваться десертами - Макс не знал, отметил только, что в буфетной женщин нет. Он не успел испытать облегчения по этому поводу, как взгляды всех кавалеров обратились на несчастного Ромку. В глазах присутствующих явственно читалось искренне отвращение и враждебность.

- Господа, сегодня у нас особый гость! - воскликнул князь Пшесинский, - Позвольте представить: пан Макс из рода Зеленых!