Диана Удовиченко - Семь цитаделей

- Предположим, эта штука будет символизировать тебя. А как заставить ее работать?

Он закрыл глаза, выставил перед собой пальцы и изобразил ими в воздухе некий рисунок, повторяя:

- Кербер, Кербер…

Ему показалось, что он слышит слабенький магический отклик. Но этого было явно недостаточно.

- Это все хорошо, малыш, но надо как-то связать символ с тобой, напитать его твоей энергией. Запоминая огамику, или изобретая новые знаки, я прикасался к растениям. Тогда символы наполнялись смыслом.

Макс левой рукой прикоснулся к загривку Бульки и снова ощутил движение его магии. Правой он в это время нарисовал изобретенный знак, произнося истинное имя пса. Символ запылал в его сознании, наливаясь магической энергией и впечатываясь в память.

- Вот теперь получилось, - похвастался Макс, опуская руки. - Значит, подумаем, как это можно использовать.

Он принялся вплетать новый символ в уже знакомые заклинания и создавать ни на что не похожие сочетания, вызывающие порой самый неожиданный эффект. Так, в совокупности с заклинанием воздушного удара магия Кербера образовала стаю невидимых, но очень зубастых существ, перегрызших пополам молоденькую березку. Макс еле успел выставить магический щит, который, впрочем, долго не продержался, после чего им с Булькой пришлось спасаться бегством и носиться по лесу, пока сила заклинания не рассеялась. Переплетение того же символа с заклинанием огненного шара в результате дало множество маленьких, но очень подвижных и жгучих искорок, которые норовили залететь Максу за шиворот, или хотя бы подпалить шерсть на боках Бульки. После очередного забега по пресеченной местности Макс, отдуваясь, произнес:

- По-моему, на сегодня хватит. Ты как считаешь, мальчик?

Булька, язык которого от усталости свисал чуть ли не до земли, выразил молчаливое согласие. Вдвоем затоптав последние, самые зловредные искры, они покинули рощу. Найдя Сайме в ее доме, Макс принялся с гордостью демонстрировать свое изобретение. Показывать получившиеся в итоге чудеса он не стал, ограничившись подробным рассказом.

- Хорошо, Ордан, - с трудом сдерживая смех, сказала жрица. - Ты все сделал правильно. Но зачем же было ставить такие опасные опыты? Существуют сочетаемые и несочетаемые символы, это зависит от вида магической энергии, присущей источникам. Ты пытался соединить несоединимое, и чуть было не поплатился за это. Тебе еще не знаком этот раздел магии. Пойми, волшебство может быть очень опасным, если его творит недоучка.

Макс потупился, немного обидевшись на Сайме, но в глубине души признавая ее правоту.

- Я дала тебе задание придумать способ, которым можно использовать магическую энергию Кербера. Этим и нужно было ограничиться.

Несмотря на кажущуюся суровость выговора, жрица произносила его необычайно мягким тоном. Она журила Макса, как мать неразумного ребенка, который из озорства подверг свою жизнь опасности. Высказавшись, Сайме неожиданно спросила:

- Хочешь попробовать магию еще одного живого существа?

Сначала Макс не понял, на что намекает наставница, но, проследив за ее взглядом, воскликнул:

- Нет, спасибо, только не это!

В памяти всплыл неудачный опыт, когда, стремясь рассмотреть магическую энергию Элоас, он еле остался жив.

- Не бойся, - Сайме уже не сдерживала улыбки. - Она не откажет в моей просьбе.

Жрица внимательно взглянула в глаза огромной кошки. Та недовольно сощурилась, протяжно мяукнула, затем улеглась на землю, отвернувшись от Макса и нервно подергивая хвостом.

- Элоас не против, - перевела Сайме.

- Может, не стоит? - Макс все еще надеялся, что наставница передумает.

- Ордан! Я тебя не узнаю! Не заставляй меня гневаться!

Услышав в голосе жрицы знакомые металлические нотки и догадываясь, что может за этим последовать, Макс горестно вздохнул и с опаской приблизился к Элоас и, внимательно рассмотрев ее изящное тело и хищную красивую мордочку, завертел в воздухе пальцами. Начертав какую-то достаточно сложную фигуру и запомнив ее, Макс положил руку между вздрогнувших от его прикосновения ушей и сосредоточился на произнесении имени демонической кошки. Вскоре он уже несся по серебристо-черному потоку, стараясь держаться на его поверхности, с трудом сохраняя память о собственном "я", чтобы не раствориться в мощной, безжалостной и древней магии. Вдруг его сознание уловило невидимое для глаз серебряное свечение в воздухе. Символ, выдуманный им для Элоас, вдруг наполнился силой и стал изменять свои очертания. Макс пытался запомнить тающий абрис знака, но он перестраивался с такой скоростью, что вскоре пришлось забросить это занятие. Однако символ, сложившись окончательно, с кошачьей цепкостью словно сам впился в его память. Макс отдернул руку от головы Элоас, ощущая, как в мозгу загорелся серебристый знак силы полузверя-полудемона. Кошка хитро взглянула на него и, встав на лапы, игриво толкнула головой в бок. Макс осторожно погладил шелковистую шерсть.