Диана Удовиченко - Семь цитаделей

- Ну, не знаю, - Ромка пожал плечами. - Мой друг спас пса-полудемона, и тот очень любит его. Вообще, он очень добрый. Мне кажется, что у него настоящая, нормальная душа.

- Пес? - задумался свами. - Может быть, ошибочная инкарнация? Мне трудно судить, не видя его. Но возможно, что при рождении он каким-то образом получил душу из мирового поля.

Тут Илья испуганно вскрикнул и указал куда-то за спину стража. К селению приближалось существо - то ли зверь, то ли человек. Оно шло на задних лапах, выставив передние перед собой, но было покрыто шерстью. Оскаленная пасть открывала длинные клыки, с которых капала голодная слюна. Намерения существа не вызывали сомнений: порыкивая, оно подкрадывалось к стражу.

- Волколак! - воскликнула Виктория, вытягивая из-за спины арбалет.

- А вон еще! - испуганно сказал Ромка.

К первому чудищу присоединилось еще несколько, вместе они быстро двигались к Цитадели, растянув пасти в оскалах, напоминающих довольную усмешку. Виктория прицелилась.

- Не нужно, - спокойно сказал свами, кладя руку ей на плечо.

Девушка хотела было возмутиться такой беспечностью, но тут волколак, идущий первым, совершил длинный прыжок. Его распластанное в воздухе тело должно было рухнуть на сидящего неподвижно стража и придавить его своей тяжестью. Ромка зажмурил глаза, не желая видеть сцену убийства. Под веками полыхнула яркая световая вспышка. Мальчик открыл глаза: от волколака остались только красные искорки, кружащиеся в воздухе и медленно оседающие на камни. От неожиданности никто из путников не произнес ни слова, наблюдая за тем, как остальные волколаки, разъяренные гибелью собрата, кидаются на стража и, не успев коснуться его, словно взрываются изнутри языками пламени и распыляясь на мелкие искорки. Запахло паленой шерстью. Через минуту все было кончено.

- Поразительно! Как это ему удается? - проговорил Сергей Иванович.

- Да-а, четверо стражей, говорите? - подхватила Виктория. - Многие из ваших монахов способны на такое?

- Все, - просто ответил свами. - Мы по очереди сменяем друг друга на границе Цитадели.

- И как долго длится дежурная смена? - спросил Илья, готовясь изумиться ответу и ожидая услышать что-то вроде: "неделю", или "десять дней".

Ответ превзошел все ожидания.

- Год.

- Вы, наверное, не поняли, уважаемый свами, - постарался пояснить Илья. - Я спросил, сколько времени страж сидит в состоянии ашха до того, как его сменят.

- Год, - повторил свами Лакшми.

- Но как же он ест, пьет? - спросил Ромка.

- Человеку в ашха не нужна ни еда, ни пища, ни сон. Остальные физиологические потребности тоже отсутствуют. Жизненные процессы в теле затормаживаются, активно работает лишь дух.

- А потом, выйдя из ашха, они не умирают? - Ромка сочувственно рассматривал невозмутимого стража.

- Нет, отдыхают несколько дней, за это время тело успевает полностью восстановиться.

Виктория хотела было восхититься невероятными способностями монахов, но вдруг ощутила странное недомогание и присела на камень. Ее слегка затошнило, перед глазами закружились маленькие черные точки, постепенно превращаясь в размытые пятна, сливающиеся в одну сплошную пелену. Девушка ощутила себя так, словно моментально ослепла. К тому же что-то произошло со слухом, и все звуки доносились до нее словно через мягкие наушники. Сердце билось редкими неровными ударами, Виктории казалось, что жизнь вокруг и внутри нее замедлилась, как на кинопленке. Девушка со стоном обняла руками свои колени и положила на них голову.

- Обморок, - издалека донесся до нее голос Сергея Ивановича. - Ничего страшного, просто бедная девочка настрадалась в последнее время.

Сказывалось нервное напряжение после постигшего Викторию горя, бессонные ночи, пролитые слезы и та боль, которая поселилась в ней.

- Отнесем ее в селение, - сказал свами Лакшми. - Наши целители позаботятся о девушке. Все будет хорошо.

Виктория ощутила, как руки друзей бережно поднимают ее, и она плывет по воздуху на чем-то упругом и мягком, качаясь, как в колыбели. Обморок перешел в глубокий сон, и больше девушка ничего не помнила.

Весь день, с самого утра Макс отрабатывал с Сайме пройденные накануне заклинания. Жрица нападала на него, а он должен был успеть защититься. Только сейчас Макс понял, что такое магический поединок. Конечно, Сайме ослабила свои заклинания настолько, что они не угрожали жизни ученика, тем не менее, Макс успел вдосталь насладиться ролью спарринг-партнера Николая Валуева. Для начала он несколько раз отлетал в кусты под воздушным ударом, затем со всех ног убегал от огненного шара. Потом пришла очередь самонаводящихся стрел, от которых спастись было еще труднее, чем от шара: они носились за Максом по всему лесу, ловко виляя между деревьями и сворачивая тогда, когда несчастный пытался сменить направление. Каждый раз Макс на долю секунды запаздывал с заклинанием защиты. Наконец, он успел, и пучок стрел, наткнувшись на невидимый щит, безобидной кучкой осыпался на землю. Воодушевившись своим успехом, Макс продолжил совершенствоваться, и наконец добился того, что из трех ударов жрицы цели достигал лишь один.