Филип Фармер - Протест

— Ты же ходил в туалет как раз перед тем, как окаменеть, — сообщила Нокомис.

Чои-ои! Как только Тингл может ее терпеть?

Хорошо, что он хоть не высказал удивления вслух. Среда на Манхэттене очень мало знакома с китайской культурой, поскольку основные ее этнические корни связаны с американскими индейцами и бенгальцами. Если бы Нокомис услышала что-то по-китайски, подозрение ее достигло бы наивысшей точки.

— Ну и что. А сейчас опять хочу.

Он поднялся и направился через холл к ванной, которая находилась справа от него. Закрыв дверь, он не поднимая стульчака, уселся на унитаз. В ящичке лежало всего три одиноких листочка: Вторник забыл заменить туалетную бумагу. Можно, конечно, оставить мужланам сообщение с выражением протеста, но Кэрду сейчас было не до этого, да и нарушение не такое уж серьезное.

Он закрыл глаза и, сосредоточившись, погрузился в бесшумный и гармоничный мир. Перед ним как Кэрдом висела его собственная копия, твердая, убедительная, в полный рост. Мысленно наблюдая за ним одним глазом, он, тоже мысленно, резко «крутанул» другой — глаз смотрел теперь внутрь. Сначала — только темнота. Затем быстро сформировалось множество провисших в середине линий, серых на черном фоне. Они, казалось, бежали из бездны, какой было его тело изнутри, пролетая мимо глаза в другую бездну наверху. Он выпрямил линии, натянув их так, что они даже начали гудеть от напряжения. Он еще более усилил давление с обоих концов, хотя и не подозревал, где эти концы находятся. Стало казаться, что линии, излучавшие теперь яркий, холодный свет, вот-вот треснут. Он метнул в них «тепло» — какие-то энергетические комплексы, принявшие в его воображении форму комет, ударявшихся в линии и поглощавшихся ими, хотя и не полностью. Какая-то оставшаяся невостребованной часть тепла стекала по линиям вверх или вниз, словно сплавившийся воск по свече. Они сами выбирали для себя направление движения. Здесь, внутри его разума, гравитация отсутствовала.

Но капли действительно напомнили ему горячий соус. Соус? Откуда он здесь? Может, ему мерещится?

Силовые линии нейтрализовывали его личность и помогали выйти на передний план Тинглу. Тингл, призванный с нижних этажей его разума, скоро поднимется словно призрак Самуэля, вызванный ведьмой Эндора, по пути превращаясь из призрака в гостя. В гостя сегодняшнего дня.

Он усилил давление на линии. Они треснули и метнулись в темноту, извиваясь и сверкая. Линии вспыхивали то тут, то там, отталкиваясь и снова соединяясь, пока все они не слились, не сплавились в одну длинную, тонкую, светящуюся колонну, которая соединила воедино два темных пространства — внизу и вверху. Он мысленно повернул колонну так, что она составила прямой угол с тем направлением, которое только что занимала, а потом начал быстро вращать ее, пока вместо колонны не образовался один сплошной затемненный диск.

Второй глаз, наблюдавший за всем происходящим как бы со стороны, констатировал, что образ Кэрда потерял свою первоначальную яркость и словно съежился. И неудивительно. Тепловая энергия, брошенная на манипуляции с воображаемыми линиями, высасывалась из Кэрда. Вокруг ступней мысленного образа Кэрда еще одна линия, изогнувшись, образовала границы люка. Иногда образ исчезал после удара невесть откуда взявшейся ракеты или устремившись кувырком вглубь некоей аллеи с призрачными, перекатывающимися булавками в дальнем конце. Сегодня образ должен скрыться через пол.

Второй паз следил за крутящимся, ярко-белым диском, который своей острой кромкой отсек кусок темноты, а затем начал нарезать на части прилегающее черное пространство. Отсекая все новые куски, диск сформировал из темноты странную глыбу, своими очертаниями напоминающую человеческую фигуру, которая, поглощая исходящий от диска свет, приобретала все более светлый серый оттенок. По мере того, как фигура принимала четкие очертания, сам диск становился все темнее и темнее.

Когда фигура Тингла была уже почти закончена, первый глаз отдал мысленный приказ, и образ Кэрда провалился сквозь люк ловушки. Линии, составлявшие ее, сразу же исчезли.

Оба глаза сфокусировались на Тингле и, едва диск сделался совсем маленьким и окончательно почернел, потеряв все тепло и полностью износив кромсающую кромку, Тингл, испуская ровный свет, поплыл в темноте.

Затем диск исчез, а образ Тингла, словно снаряд, выпущенный из пушки, устремился вверх на такой огромной скорости, что позади него образовался длинный хвост, как у кометы, преодолевающей сопротивление плотной воздушной толщи.