Николай Эдельман - Когда рухнет плотина

Но затем соотношение сил изменилось не в пользу милиции. На площадь выехала пара грузовиков с митинга у церкви. С них посыпались люди, открыв по омоновцам частую беспорядочную пальбу. Те, почти не отстреливаясь, отступили к мэрии, укрылись за колоннами у входа, и вскоре оттуда и из окон мэрии началась ответная стрельба. Теперь уже все попрятались, пользуясь любыми прикрытями - турникетами, бетонными обломками, деревьями, машинами. Площадь опустела. Пространство между мэрией и универмагом, из которого тоже валил дым, перебежал человек, метнул бутылку с воткнутой в горлышко горящей тряпкой и плюхнулся за поваленные решетки, отмечавшие ещё недавно проходившую линию фронта. К этому моменту мы с Эстесом тоже лежали на пузе за углом дома, время от времени отваживаясь поднять голову.

- Я ничего не понимаю, - прошептал Эстес. - Кто кого и от кого защищает? Если эти бандиты за Орла, то за кого милиция?

- Попробуем выяснить ... - отползя чуть дальше за угол, я прислонился к стене, достал сотовый и набрал номер Эльбиных.

Услышав мой голос, Марина зарыдала.

- Витя! Андрея убили!

- Как? Что? - закричал я.

- Только что звонили - он выходил на улицу, и двое... из автоматов... сели в машину... - и её голос утонул в рыданиях.

- Так. Так. Успокойся. Не плачь, - заговорил я торопливо, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более убедительно. - Сейчас буду. Подожди. Не уходи никуда!

- Я пойду, - сказал я, поднимаясь на ноги. - Андрея убили.

Эстес мрачно кивнул.

- Я с тобой до угла - обойду квартал. Кажется, я Бричковского заметил возле универмага.

- Гляди-ка, - сказал он, когда мы дошли до поперечной улицы. - Вот кто нам все объяснит! Чулышманская дивизия!

- С чего ты взял, что это они?

- Что я, десантных беретов не отличу? А других десантников у нас в крае не имеется.

Та часть улицы, что продолжалась за проспектом, была занята войсками. Там стояла пара БТР-ов, у их колес выстраивались люди в пятнистых комбинезонах. Эстес бросился туда и почти сразу же наткнулся на генерала Грыхенко собственной персоной.

- Генерал! - закричал Сашка, налетая на него. - Чьи приказы вы выполняете? Ваши войска собираются наводить порядок?

Грыхенко посмотрел на Эстеса, и его лицо побагровело.

- Так... - зарычал он. - Я же тебе ещё в прошлом году велел мне на глаза не попадаться. Старшина Пападьяк! - приказал он. - Взять его!

Старшина Пападьяк оказался великаном чудовищных габаритов: метра два в высоту и примерно столько же в плечах. В распахнутом вороте его комбинезона виднелась тельняшка.

- Вы не имеете права! - завопил Сашка, когда могучие клешни старшины опустились на его плечи. - Я выполняю задание редакции! Я журналист!

- Лучше бы ты им не был, - зловеще прошипел Грыхенко. - И про редакцию вашу не забудем! Желтая пресса, мать вашу за ногу! Всей стране мозги затрахали, понимаешь! Обыскать его!

Старшина Пападьяк извлек из кармана Эстеса газовый пистолет, почти неотличимый по виду от огнестрельного оружия.

- Ну вот и все, дорогой гражданин Эстес! - ухмыльнулся генерал. Давно у меня руки чесались... А вот сам попался. Не слышал моего приказа всех, при ком будет найдено оружие, расстреливать на месте? Старшина Пападьяк, выполняйте приказ!

Все это время я медленно приближался к ним, и сейчас находился не более чем в десяти шагах от генерала. Эстес коротко вякнул, но ручища Пападьяка тут же заткнула ему рот. Мои глаза встретились с сашкиными, увидели застывший в них ужас, немой вопль, пронзительный призыв - и я бросился прочь, ещё успев услышать голос Грыхенко:

- Приказ номер два! Всех журналистов в районе расположения войск расстреливать как шпионов!

Его слова потонули в грохоте автоматной очереди.

Не думаю, что за мной гнались, но я почти машинально рванулся к арке, выскочил на какой-то двор, нашел дорожку между гаражами, снова оказался на проспекте Революции, высунул голову из-за угла - и тут к моему плечу осторожно прикоснулись. Я резко обернулся и отступил, ударившись спиной о каменный выступ - это был тот пижон, телохранитель Дельфинова, который вчера танцевал с Иркой. Вероятно, вся паника, которая переполняла меня, выступила на лице - братушка улыбнулся, успокаивающе, но не без превосходства.

- Хватайте и делайте ноги, - в мою руку опустился брелок с автомобильными ключами. - Пока блямбу не припаяли. Босс вас отмазывать не будет.

Машина, которую он мне предлагал, стояла тут же - белая "девяносто девятая". Я машинально сделал шаг к ней, и непрошенный доброжелатель подтолкнул меня в спину.