Роберт Сойер - Квантовая ночь

Саскачеван никогда не переходит на летнее время; это означает, что летом я приезжаю сюда на час раньше, чем зимой. Однако в любом случае уже было больше одиннадцати вечера, когда свернул на ведущую к дому Кайлы дорожку. Мне не терпелось, и дело было не выпитых за время пути двух литрах кока-колы; секс был лёгок и приятен, и мы заснули в объятиях друг друга.

Утром Райан — которая крепко спала, когда я приехал — присоединилась к нам за завтраком и сделала мне подарок — бисерную ленту на запястье с буквами ДС, которую она сделала сама.

— Это значит «Джимми-сверчок»! — воскликнула она. Я широко улыбнулся и надел ленту на руку.

Потом мы отвезли её в Музей естественных наук Саскачеванского университета, расположенный неподалёку от «Источника света». Саскачеван — страна динозавров, и она глазела на скелеты тираннозавров, трицератопсов и стегозавров, но мне кажется, что больше всего ей понравился искусственный водопад и пруд с декоративными карпами.

Когда Кайла повела Райан в туалет, я достал телефон проверить новости. Правая «Торонто Стар», похоже, имела неприятности из-за того, что разместила не фото Ненши в ночь выборов, а его прошлогоднее фото в мусульманском одеянии под огромным заголовком «Правительство меньшинств». Однако в остальном результаты выборов были приняты в Канаде довольно хорошо.

Американские СМИ обычно полностью игнорируют канадские новости, так что от них я многого не ожидал, однако многие из моих френдов в Фейсбуке сослались на один и тот же клип с президентом Кэрроуэем, по-видимому, говорящим что-то насчёт выборов. Я открыл ссылку.

Квинтон Кэрроуэй выглядел необычайно глянцевым и безупречно холёным: каждая волосинка на своём месте.

— Мистер президент, — крикнул ему репортёр, — вас беспокоит то, что премьер-министр Ненши мусульманин?

Кэрроуэй улыбнулся своей характерной улыбочкой — словно потянули за верёвочки, прикреплённые к уголкам рта.

— Я поздравляю его с тем, что он стал первым мусульманином — главой государства в Западном мире. Немалое достижение, да, весьма значительное. И вдобавок от Новой Демократической партии — партии канадских социалистов. Сразу несколько монументальных событий, случившихся впервые. Мы шлём свои поздравления через границу — самую длинную неохраняемую границу в мире.

Вчера ночью, когда я стоял на том поле, глядя на звёзды, было гораздо холоднее. Но именно сегодня, а не вчера, я ощутил, как по коже меня продирает мороз.

Вечером в субботу мы с Кайлой и Райан поехали в саскатунский аэропорт, который, как напомнила мне Кайла, был назван в честь Джона Дифенбейкера, ещё одного премьера, отстранённого от власти вотумом недоверия в парламенте; может быть, когда-нибудь и Джастина Трюдо будут вспоминать по названию какого-нибудь аэропорта. Однако мы приехали сюда не для того, чтобы проводить меня домой: Кайла согласилась забрать оттуда Викторию Чен, которая возвращалась с симпозиума в Институте квантовых вычислений в Ватерлоо. Выйдя из зоны прилёта, Викки обняла Райан и Кайлу, и я был приятно удивлён, когда после этого она обняла и меня тоже.

— Как конференция? — спросил я.

— Великолепно, — ответила Виктория. — Все повторяли одну и ту же шутку: можно подумать, что если кто и может это сделать, то квантовый физик; [57] Понятия не имею, в чём смысл шутки и почему она смешная. было так много одновременного программирования, что мы все хотели оказаться одновременно в нескольких местах. — Она восхищённо покачала головой. — Были Арош и Вайнленд [58] Французский и американский физики, лауреаты Нобелевской премии 2012 года. , а D-Wave объявили о новой килокубитовой модели, а…

И Кайла явно понимала, о чём речь; я же ограничился тем, что взял ручку Виккиного чемодана на колёсиках и покатил его следом, пока две женщины обсуждали проблемы квантовой механики. Вскоре Райан это надоело и она потянула Викторию за рукав.

— Тётя Викки, а мне ты что-нибудь привезла?

— Райан! — укоризненно воскликнула Кайла.

— А ты как думаешь? — спросила Викки Райан, хитро улыбаясь.

— Я думаю, привезла! — громко предположила Райан.

— Я думаю, ты права! — в тон ей воскликнула Витория. У неё была сумка на плече, и мы остановились, чтобы она смогла в неё залезть. Оны вытащила оттуда маленького плюшевого зверька — зебру, весьма странный выбор для подарка из Онтарио. Но потом я увидел вышитые на крупе буквы ИКВ; это был талисман конференции, а полоски — я это увидел, когда пригляделся — складывались в классический узор двухщелевой интерференции. Ничто из этого не имело особого смысла для Райан, но она надлежащим образом взвизгнула, принимая подарок.